– Золотая Луна, – спросила Блистер, довольная тем, что оказалась права, – как ты попала сюда?

Джаспер повернулся и выкатил глаза от удивления, обнаружив кендершу. Блистер выступила вперед и, поглощенная видом женщины невероятной красоты, совершенно не обращала внимания на волнение Огненного Горна.

Золотая Луна парила в нескольких дюймах над полом в центре каюты. На ней был светло-розовый плащ, накинутый на узкие плечи, туника и шаровары песочного цвета; подол плаща окутывал обутые в сандалии ноги и светился. Сияние было похоже на свет, который исходит от лучей солнца, садящегося в океан. Светлые волосы Золотой Луны развевались, будто под порывами ветра, хотя воздух в помещении был совершенно неподвижным. Кендерша в любопытстве протянула руку вперед, и ее пальцы прошли сквозь колено жрицы.

– А-б, тебя на самом деле здесь нет. Это просто видение, – догадалась Блистер.

Когда они впервые встретились несколько месяцев назад в Цитадели Света на острове Шэлси, жрица показалась кендерше женщиной средних лет из-за седых прядей в волосах. Сейчас Золотая Луна выглядела значительно моложе – морщин поубавилось, голос звучал живее. Но ее глаза стали еще более грустными.

– Ты помнишь меня? – приветливо улыбнулась кендерша и помахала рукой.

– Блистер, – мягко ответила Золотая Луна, – конечно помню. И очень рада встрече.

Кендерша засияла так, что морщинки разбежались от уголков глаз, Джаспер что-то проворчал у нее за спиной, потом закашлял, якобы прочищая горло.

– Я хотела повидаться с Огненным Горном, – объяснила Золотая Луна.

Блистер надула губы:

– Да? Но дверь была слегка приоткрыта.

– Дверь была закрыта, – запротестовал гном.

– Пусть так, но она была не заперта. Я случайно толкнула ее, проходя мимо. Ты же понимаешь, корабль все время качается, даже если стоит на приколе. Ну вот, меня качнуло, и я задела дверь. А когда она открылась, то решила войти. Я подумала: «Вдруг Джаспер захочет что-нибудь спросить у меня».

Золотая Луна в изумлении глядела на гнома, который стоял и хмурился.

– Огненный Горн рассказывал мне об утренней стычке с рыцарями.

– Он рассказал тебе, как я храбро вела себя в пустыне? Как я помогала спасать пленников? Там были слоны и много всякого разного.

Жрица кивнула.

– Ты знаешь, что мы ищем Древнюю магию?

– Я как раз собирался перейти к этому, – заметил гном.

– Палину нужно добыть реликвии из Века Снов.

– Века Мечтаний, – поправил Огненный Горн.

– Я так и хотела сказать. Сагет, один из пленников, которых я помогала спасти из заточения, рассказал, где находятся некоторые из этих могущественных талисманов. Он говорил загадками, но Палин все понял. В общем, мы плывем на Южный Эргот, холодный и заснеженный. Но не прямо сейчас, а когда вернутся Ферил, Палин, Алин и Гилтанас. Они ушли на поиски горожан, которых захватили Рыцари Такхизис. – Кендерша на минуту замолчала, собираясь с мыслями. – Ты, наверное, не знаешь Алина и Гилтанаса. Ферил раньше жила на Южном Эрготе, но покинула его из-за белого дракона и сильных морозов. Хорошо, что она оставила остров, иначе мы бы ее не встретили и…

– Копье Хумы, – просто объяснил гном.

– Я об этом и говорю, – начала раздражаться Блистер. – Его мы и должны забрать на Южном Эрготе. Потом мы отправимся в Лес Квалинести искать что-то еще.

– Если только живы останемся, – со вздохом добавил Джаспер.

– Но это только два талисмана. А Сагет сказал, что должно быть три или четыре. Один из них у тебя на шее, – заключила кендерша.

Гном виновато улыбнулся, извиняясь за бестактность своей соратницы.

– Твой Медальон Судьбы, – попытался продолжать Джаспер, – тоже создан в Век Мечтаний. Палин и Сагет думают, что уничтожение древних реликвий…

– Вернет мощную силу древней магии на Кринн, – опять вмешалась Блистер.

– Тогда нам будет проще справиться с владыками. – Огненный Горн постарался, чтобы последнее слово осталось за ним.

Золотая Луна подняла прозрачную руку и пробежала пальцами по поверхности медальона. Серебряный диск имел гравировку, изображавшую два сросшихся глаза. Правда, рисунок еще напоминал два яйца, примыкавшие друг к другу острыми концами. Цепочка также была серебряной. Ее звенья сверкали точно маленькие звездочки. Это был символ Мишакаль, богини-целительницы. Некоторые называли ее Приносящая Свет. Она была одной из богинь, покинувших Кринн.

– Это очень ценная вещь! – воскликнул гном.

– Да, но ваши задачи важнее. Я верю, что боги не навсегда покинули Кринн и наблюдают за нами оттуда, где Хаос не может настигнуть их. Они дали возможность людям действовать по собственному усмотрению: найти силы и возможности преодолеть расставленные препятствия, погибнуть или победить.

– Но дракон-владыка…

– Одно из таких препятствий. А есть и менее значительные, которым способен противостоять любой.

Кендерша слушала с напряженным вниманием и грустно рассматривала свои руки.