Шрифт:
– Как скажете, Лев Евгенич! – вытянулся по стойке смирно Хряк.
Бортышев не слушал Григория. Он привстал в кресле.
– Эй, мужик! У тебя, откуда руки растут? Не видишь, разве, что доску криво прибиваешь? Отвес возьми! Всему учить надо, работнички, едрит вас в дышло!
Глава 20. Прутья судьбы
Перед тем, как пойти на автобусную остановку, Иван решил взглянуть на остатки дома Подольного. Пепелище еще дымилось, а среди нагромождения черных бревен и досок сиротливо торчала печная труба.
Зрелище было довольно печальным, но Платов не ощущал утраты. Скорее наоборот. Махина, которая нависала над деревней и словно наблюдала за Махово со стороны, прекратила свое существование. Избавившись от духовного и материального наследства чернокнижника, Иван чувствовал прилив уверенности в собственных силах и созрел для судьбоносного поступка.
Прокоп не отходил от Платова ни на шаг, явно собираясь уехать с новым хозяином в Липовку. Маркова соглашалась с тем, что для бездомного кота это будет наилучшим выходом, и подарила Ивану большую спортивную сумку, в которой кот должен был прятаться от дорожных неприятностей.
Надя обещала проводить Платова к автобусу, и капитан решил использовать это для серьезного разговора с девушкой. Он собирался предложить Марковой уехать вместе с ним и не видел причин для отказа с ее стороны. Если все пойдет, как задумано, то вместо сомнительного наследства он обретет спутницу жизни.
Платов так увлекся мечтами, что даже представил, как Надя преподает пение ребятишкам из Липовки и хозяйничает у него в доме.
Потоптавшись у пепелища, капитан отправиться навстречу своей избраннице и, свернув за угол, увидел голубоглазую аккордеонистку. Надя была не одна. Ее сопровождал черноволосый парень спортивного телосложения в костюме-тройке, от которого за версту пахло офисом солидной фирмы.
– Извини, что опоздала, Иван. Я Константина встречала и задержалась.
– Понятно, – как робот ответил Платов. – Константина, значит…
– Да. Костя – мой жених. Мы с института дружим. Знакомься, Костик, это капитан, о котором я тебе рассказывала.
– Очень приятно! – офисный деятель пожал Ивану руку. – Не думал, что в наши дни среди милиционеров встречаются настоящие смельчаки.
– На днях мы переезжаем в город, – радостно щебетала Надя. – Косте наконец-то удалось снять приличную квартиру.
– Поздравляю…
– Я, пожалуй, прогуляюсь, – заявил Константин и, не дожидаясь согласия девушки, двинулся вдоль обочины дороги.
– Ты ничего, не говорила мне про жениха, Надюша.
– А разве у меня было время? За эти дни столько всего случилось! Зато теперь ты все знаешь.
Взявшись за руки, они подошли к дымящимся развалинам.
– Никудышный из меня наследник, – усмехнулся Платов. – Хороший дом был. Сто лет еще бы простоял.
Надя рассмеялась.
– У вас ментов всегда так: что не сгниет, то обязательно сгорит!
– Да уж. Куда нам до менеджеров и брокеров. Твой жених ведь менеджер?
– Как ты угадал?
– По запаху. Одеколон у него дорогой, – невесело улыбнулся капитан. – Ну, мне пора, да и тебе тоже, а то Костя от ревности съест свой галстук.
Из-за поворота улицы, выбежал учитель математики. Он был взволнован и растерян.
– Хорошо, что вы еще не уехали, Иван Александрович! Без вашего совета мне не обойтись!
– Опять проблемы?
– Еще какие! Мои хакеры из 8«Б» решили, что стоит сменить в компьютере планку оперативной памяти…
– Извините, Игорь Васильевич, но в компьютерах я не силен. С трудом отличаю мышку от клавиатуры.
– Какая, к черту клавиатура! – махнул рукой учитель. – Доллары там, много долларов. В пачках.
– Ага. Теперь понятно, почему наш дружок Большаков проявил столько усердия в розыске компьютеров. Он использовал их, как банковские сейфы, рассчитывая, что в любой момент сможет забрать свои деньги.
– А мне, что прикажете с этим валютным запасом делать?
– Считайте, что Артур пожертвовал доллары родимой школе. Ему, я думаю, они больше не понадобятся. Положите их на расчетный счет отдела образования.
– Так ведь разворуют! – в отчаянии ломал пальцы математик. – У нас там жулики похлеще Большакова сидят! Лучше уж школе свой счет открыть.
– Тоже неплохая идея. Правда, Надюша?
Маркова кивнула, внимательно глядя на Ивана и явно думая не о расчетных счетах.
– Так я пойду? Прощай, Ваня.
– Будь счастлива и не забывай, что за тобой должок.
– Какой еще должок?
– Небольшое попурри из популярных мотивов на аккордеоне. Приезд Костика только отсрочил твое выступление, но вовсе его не отменил.