— Вы нашли Сердце Озера? — резким и властным голосом спросил священник. Относительно первой встречи в таверне он сильно изменился, даже будто бы вырос.

— Нет, — коротко ответил Велион за всех.

— Он ходил за Сердцем, но не нашёл, — глухо сказал Крум. Обернувшись, Чёрный могильщик увидел, что хозяин баркаса смотрит куда-то в сторону.

— Обыскать всех, — приказал священник. — Вам лучше не сопротивляться, — сказал он могильщикам. — Мы не воры, нам нужно только Сердце Озера, оно подарит нам надежду.

— Мы не будем сопротивляться, — сухо произнёс молчаливый островитянин. — Но оружие я не отпущу.

— Идёт, — так же сухо ответил священник.

Десяток мужиков быстро обшарили сумки могильщиков, потом взялись за них самих.

— Это было запланировано с самого начала, — глухим от ярости голосом констатировал К" хиистропхак, кажется, забывший о своей молчаливости. — И твоя легенда, и всё остальное.

— Конечно, — сухо сказал священник. — Ищите, братья, ищите.

— Удачи, — рявкнул К" хиистропхак, передразнивая Крума.

Велион посмотрел ему в глаза. Не обыск разозлил могильщика с островов, а лживые напутствия, подарившие на надежду на то, что… Что? Их будут считать людьми? Бред… Но Чёрный могильщик его понимал.

— Нашёл! — заорал один из мужчин, обыскивающих Велиона. Все, в том числе и остальные могильщики, ахнули.

Черноволосого тотенграбера тряхнули, сунули кулаком в бок, наверное, за ложь, и принялись вытряхивать карманы его штанов. Наконец, один из обыскивающих могильщика громил трясущимися руками извлёк на свет небольшой свёрток.

— Дай! — резко приказал священник, в его голосе появились восторженные нотки.

Громила отдал ему свёрток. Священник махом развернул свёрток и вознёс руку, сжимающую его содержимое, вверх. Но вместо восторженных воплей толпа издала стон разочарования.

Священник сжимал в руке обычный обломок кварца.

— Что это? — рявкнул он, глядя на Велиона.

— Кусок кварца, — попробовал пожать плечами могильщик, но держащие его руки мешали. Тут же ему вставили ещё одну зуботычину.

— Что это? — повторил священник.

— Кусок кварца, наверное, из той пещеры, в которой тот мальчик из легенды нашёл Сердце Озера. Я взял его в качестве сувенира.

— Ты попал в ту пещеру, но не добыл Сердце?! — взревел священник.

— Это было слишком сложно, — сказал Велион, глядя ему в глаза.

— Это всё? — заорал старик на мужиков, обыскивающих могильщиков.

— Да, — ответил один из них. — Ещё деньги и драгоценности.

— Плевать на них, мы не воры, — разочарованно сказал лжесказитель, бросая кристалл кварца в песок. — Бросьте их, братья, пойдёмте домой.

Могильщиков оставили на берегу. Хромой ругался, что-то под нос себе бубнили братья, Велион молча сидел на песке, вертя в руках привезённый им с острова кристалл.

— Что-то не хочется мне ночевать в этом городишке, — сказал черноволосый, засовывая камень в карман. — Тем более, половина жителей знает, что мы при деньгах, некоторые могут оказаться не такими… благородными, — он буквально выплюнул последнее слово, — как этот священник-рассказчик.

— Поддерживаю, — пробурчал Хромой.

— Мы тоже.

— Эй! — неожиданно крикнул К" хиистропхак. — А это никак наш капитан Крум.

Действительно, хозяин баркаса всё ещё стоял на берегу. Он мялся у своего судёнышка, помалкивая.

— Чего тебе? — враждебно спросил Хромой.

— Ну, это… — замялся Крум. — Если чего, я могу отвезти куда надо.

— Пошёл отсюда, — захрипел на него К" хиистропхак. — Обойдёмся без твоей помощи.

Рыбак кашлянул, но не заставил повторять дважды. Он обогнул группу могильщиков по большой дуге и направился в сторону города.

— Удачи, Крум! — презрительно крикнул ему в след К" хиистропхак.

Хозяин баркаса вжал голову в плечи и ускорил шаг.

— Какой совестливый и понимающий, — с презрением бросил не такой уж и молчаливый островитянин.

Велион слабо улыбнулся в ответ. На душе было погано.

"Что это? — думал могильщик, развалившись на стуле. — Шутка? Издевка? Издевка судьбы или какого-то мага с извращённым чувством юмора? Сердце Озера — обычный кусок кварца, который не продашь и за пару медяков и которому на протяжении сотен лет поклонялись миллионы людей. И этот кусок перестал светиться, как только я снял его с постамента. В нём нет даже никакой магии".