– Эй, малыш?

Плач стих, а потом раздался крик:

– Мама, я здесь.

Я прошла еще несколько шагов, ничего не видя в темноте. В последний миг я увидела большую яму, она была совсем немного темнее ночи, и я заметила ее совершенно случайно. Еще немного и провалилась бы туда. Из этой ямы и раздавался детский плач.

Я легла на живот и спросила в темноту:

– Эй, малыш, ты там?

– Да, а где моя мама?

– Я не знаю, маленький. Ты упал туда?

– Да, - ответил ребенок и заревел.

Была кромешная тьма, и ничего не было видно, только очертания ямы. Видимо здесь велись какие-то работы, но штормовое предупреждение разогнало всех и рабочие так халатно отнеслись к своей работе, что не прикрыли яму. У меня не было ни телефона, ни фонарика и я растерялась. Глаза стали немного привыкать к темноте, и я увидела какой-то блеск. Переместилась немного в сторону и нащупал то, что блестело. Это были металлические скобы, которые использовались как ступеньки для спуска в яму.

– Там есть такие железные штучки на стене, потрогай стены и поищи, - сказала я.

Какое-то время он возился, а потом опять заплакал:

– Тут ничего нет.

Видимо они были слишком высоко, и он не мог дотянуться.

– Я схожу и позову кого-нибудь, хорошо?

Мои слова вызвали истерику. Он начал кричать так, что сорвал голос. Он умолял меня не бросать его одного. Что мне оставалось?

– Хорошо, хорошо, не плачь. Я сейчас спущусь к тебе.

Я нащупала ступени и спустилась. Это оказалось совсем не сложно, не смотря на темноту. Это была бетонированная яма, высотой метра три. Расстояние между скобами было довольно большим, последняя скоба была высоко от дна, и мне пришлось просто спрыгнуть вниз. Как только я очутилась на земле, мне в объятия бросился мальчик. Он был маленький и очень худенький, весь дрожал и всхлипывал. Ему было не больше пяти. Курточка и штанишки были влажными, видимо в яме были лужи. В волосах я нащупала веточки и соринки, лицо мокрое от слез. Он так вцепился в меня, что я даже не пыталась высвободиться. Встала в полный рост, так и держа его на руках. Он хоть и был маленький, но весил, думаю килограмм двадцать.

– Как тебя зовут, малыш?

– Санни, - это он сказал, даже гордо, не смотря на испуг.

– Очень красивое имя. А теперь Санни, я тебя приподниму, а ты ухватишься руками за такую железную штучку. Это как ступенька.

Я его еле-еле приподняла, и он ухватился руками. Повис. Я уже понимала всю безнадежность этой затеи и ругала себя, что спрыгнула вниз, не подумав.

– Ты можешь подтянуться и достать ногами до ступеньки?Какое-то время он болтался и не мог понять, что я от него хочу, но потом попытался. Затея была неудачная и у него ничего не получилось. Маленький слабенький мальчик, просто не мог подтянуться. Он стал кричать, что сейчас упадет, и я его подхватила. Поставила на пол. Попыталась заикнуться о том, что пойду за помощью и ребенок тут же начал трястись и заикаться. Я и не была уверена, что сама смогу подтянуться на этой скобе, но могла попытаться. Но Санни и слушать ничего не хотел. Я проклинала себя за то, что не взяла мобильник. Так хотелось побыть одной, забыть о цивилизации.

Я сняла с Санни его мокрую курточку и завернула в свою спортивную куртку. Она была легкой, но теплой и сухой. Потом осмотрела яму. Скорее ощупала, конечно. Бетонные стены, бетонный пол. Яма размером где-то три на два. В одном углу две широкие трубы. Видимо канализация. Хорошо хоть Санни не ударился о них при падении. На полу валялись ветки, листья, еще какой-то мусор, нанесенный во время урагана. Я помнила безлюдный темный парк. Кричать было бессмысленно. Вряд ли туда забредет еще кто-то. К тому же я боялась испугать и без того перепуганного ребенка.

– Знаешь, Санни, меня зовут Фэй.

– Что, правда? – в его голосе слышался восторг, - ты самая настоящая фея?

– Да, и мы обязательно выбреемся с тобой отсюда. Возможно утром. А так меня послали, чтобы я побыла с тобой. Расскажи мне, как ты упал?

– Я… у меня был доллар. А там был цирк, - он сбился, - а мама не разрешила, и я побежал сам, чтобы никто не знал…

– Ты хотел посмотреть на цирк и убежал без спроса? Поэтому мама не знает где ты и где тебя искать?

– Да, - он опять расплакался.

Я стала его утешать, а потом сказала:

– Давай ты мне поможешь. Надо собрать все веточки и листочки с пола в одну большую кучу. Давай?

Он не спрашивал зачем: раза так сказала фея, значит надо. Мы сгребли со дна ямы все, что там было в одну кучу. Потом разровняли ее, я постелила его курточку сверху, и теперь можно было сесть. Веток и листьев было не особо много, но все же лучше, чем голый пол. Я села туда, а Сани взяла на колени, он затих и успокоился.

– Постарайся заснуть, - сказала я.

– Мне мама всегда рассказывает сказку перед сном.

Я задумалась и поняла, что сказок я не знаю. Сколько я не силилась, вспомнить не могла ни одной. Я помнила много книг, определений, биографий авторов, а вот сказок… Видимо одно вытеснило другое, потому что в детстве я читала очень много сказок и была поражена, что не могу вспомнить ни одной. Тогда мне пришлось сделать то, что я делала всю жизнь, а потом разучилась. Я стала сочинять, придумывать на ходу.

– Жил был один мальчик, и звали его Санни. Однажды он убежал из дома и когда он бежал через парк, то куда-то провалился. Очнулся он в волшебной стране…