Внутри был виден механизм, похожий на арбалет и вещи, укрытые серой тканью. Рэйнар уже потянулся, чтобы откинуть арбалет в сторону, но я его остановил:

— Погоди! Вдруг здесь не одна ловушка? — потом взял кочергу и попытался убрать механизм в сторону. Убирался он тяжело и откинуть его можно лишь в одну сторону. Раздался щелчок и порвав мешковину мелькнул длинный и острый шип. Выскочил и замер. Возьмись мы за арбалет рукой — получили бы серьёзный укол этой штукой, да ещё неизвестно чем смазанной.

— Уф…

— Вроде всё. Больше сюрпризов не будет.

Внутри мы обнаружили кольчугу и кожаный тубус. Кольчуга очень крепкая. Плотного плетения. Под ней лежал кошелёк, украшенный затейливой вышивкой. На завязках висели два серебряных шарика. Трэмп высыпал монеты из кошелька на стол и хмыкнул:

— Старые монеты. Отчеканены ещё при отце нынешнего короля — Гэральде Втором.

— Вот и займись. Пересчитай, сколько здесь.

Пока он возился с серебром, я осторожно открыл тубус. Внутри была карта и обрывок выцветшей тряпки. На куске плотной ткани проглядывался расплывчатый рисунок, но пергамент меня больше интересовал. Пока я рассматривал карту, Трэмп считал деньги. Наконец он закончил раскладывать монеты на столе.

— Пятьсот сорок восемь, пятьсот сорок девять и пятьсот пятьдесят, — он поднял голову и с удовлетворением хмыкнул. — Здесь пятьсот пятьдесят даллиноров.

— Хороший улов, — кивнул я, не отрываясь от находки. — Отложи две сотни монет в сторону. Сто даллиноров для тебя и сто для Мэдда Стоука. Отдадим, когда вернётся.

— Мастер? — он непонимающее дёрнул бровью.

— Это награда.

— Спасибо!

— Кольчуга тоже твоя.

— Вы серьёзно?

— Да. Надеюсь, что будет впору.

Обрадованный Рэйнар убежал примерять обновку, а я вернулся к карте. Она лежала в кожаном тубусе и почти не пострадала. Нет, это не какая-нибудь «пиратская» карта, с ярко-красным крестом, черепом с костями и надписями на непонятном языке. Обычная карта Асперанорра. Вся её необычность была в том, что это точная копия карты, которую я уже видел. У деда. Даже тубус такой же. Из толстой кожи. И значок на футляре присутствовал. Ромб, с растительным орнаментом.

Кроме всего этого, была ещё одна загадка: три двоеточия. Одно из этих двоеточий было нарисовано на том месте, где мы сейчас находились. Второе — на месте откуда я прибыл. Да, двоеточие было изображено там, где жил старик с Кэйрой. Третье двоеточие находилось на западном побережье. В ещё двух местах были нарисованы кружки, с вопросительным знаком. Нет, не нашим. В местном алфавите есть знак означающий и вопрос, и удивление.

— Хорошая? — спросил Рэйнар. Глядя на его довольную физиономию, я ухмыльнулся. Парень просто светится. Даже грудь выпятил. Красивая ему досталась кольчуга.

— Ты имеешь ввиду карту или кольчугу? — усмехнулся я. — Если карту, то лучше нашей.

Трэмп погладил обновку и подошёл ко мне. С интересом грянул на пергамент, а потом неожиданно ткнул пальцем в двоеточие на западном побережье.

— Вот здесь я родился.

— Здесь?

— Не совсем здесь. Ближе к берегу. Видите, здесь остров нарисован и две точки? Мой дом находится вот здесь — на материке.

— А кто живёт на острове?

— Когда-то жил один затворник. Потом он умер и теперь там живёт знахарь, у которого учится мой средний брат.

— Слушай, Рэйнар, — прищурился я. — А дом на острове, случайно не похож на этот?

— На этот? Пожалуй, что да — похож. Внутри я не был.

Спустя пять дней, утром, монах пришёл ко мне и обрадовал, что опасность миновала. Мальчик уже вне опасности. Да, выглядел он неплохо. Кожа порозовела и появился аппетит. Жена Инвара, по моей просьбе, готовила ему супы и куриные бульоны. Поголовье птичьего двора сильно уменьшилось, но это не беда. Инвар собирался отправиться в Грэньярд, чтобы закупить соль и припасы на зиму. Купит и новых кур.

Когда Андрюшка немного оправился, у нас был серьёзный разговор. Надо заметить, что паренёк не глупый — сам всё понял. Конечно, кое-что в его понимании ситуации выглядело слишком сказочно, но суть уловил верно. Только сестрёнку, оставшуюся в нашем мире жалел. Насчёт его медальона, я оказался прав. Это последний подарок отца. Его мать, после гибели мужа, постаралась избавиться от всех вещей. Словно вытравливала память о погибшем. Медальон не нашла. Андрей прятал его. Он оказался сильнее взрослого человека. Да, бывает и так.

Монах Торри начал заниматься с ним языком. Понемногу, чтобы не утомлять. Думаю, что не пройдёт и месяца, как парень заговорит. Дети всегда быстрее адаптируются в чужой стране, нежели взрослые.

Деревня… Оказалось, что и название есть. Деревня Рунакамм. — «тяжёлая вода». Да, учитывая местный климат, лёгкими эти воды не назовёшь. Скоро осенние шторма начнутся и вообще будет весело.

Погода была отличная. На удивление. Рэйнар рассказал, что середина осени всегда тёплая и солнечная. Просто бабье лето какое-то. Жители? Тут всё и просто, и сложно. Монах Торри ходил по домам и только головой качал от царившей здесь бедности и антисанитарии. Как я уже говорил — жители Асперанорра чистоплотные. А тут царили грязь и болезни.