— Положение хреновое, Александр, — впервые назвав Цыгана по имени и не дав ему произнести ни слова, озабоченно предупредил подельника. — Там, внизу, караулит в машине по меньшей мере еще один.

— Что предлагаешь? — сразу напрягшись, коротко бросил Цыган. — Думаешь, меня ждут, а не Седого?

— Тебя вряд ли, уж больно хорошо маскируешься, — одобрительно взглянув, согласился Проня. — Но срочно надо уносить ноги. — Как хватятся Петра, то повяжут всех подряд, — добавил, нервозно ерзая. — Тогда нам обоим хана!

— Я без машины, — озабоченно признался Цыган. — Решил, что под видом пенсионера уйти надежней.

— Ничего! Моя стоит напротив дома, — успокоил его Проня. — Но поведешь ты. Мне, если за нами будет погоня, — обреченно добавил он, — от нее не уйти.

Когда дверь подъезда открылась и из него показался недавно вошедший маленький господин, который бережно вел через дорогу своего более высокого пожилого спутника, державшегося рукой за сердце, Михаил Юрьевич на них даже не обратил внимания. Он с нетерпением ожидал сына, который почему-то задерживался, и ему было не до жильцов дома.

Зато Сальников, отметив их неестественно быстрое для состояния больного старика передвижение, насторожился. А как только они добрались до стоявшей неподалеку от него машины, произошло невероятное. Бросив больного, малыш поспешно забрался на правое сиденье, а мнимый инвалид, обежав вокруг, сел за руль. При этом с него слетела шляпа, обнажив черные как смоль кудри.

«Так это же — Цыган и Проня, — молнией мелькнуло в голове у Сальникова, узнавшего ближайших подельников Седого. — Как бы там не случилась беда!», — и, схватив мобильник, он, задыхаясь от волнения, крикнул:

— Миша! Срочно задержи соседнюю со мной «Волгу». В ней бандиты! А я, — торопливо добавил, — подымусь к Пете. Помогу ему, если надо!

Он выскочил из машины как раз в тот момент, как за рванувшей с места в карьер «Волгой» почти сразу же устремился в погоню его друг и начальник.

Милицию, как выяснилось позднее, вызвали соседи по этажу, услышавшие выстрелы. Когда Виктор Степанович вместе с любопытными жильцами дома осторожно переступил порог квартиры, дверь в которую была не заперта, в нее почти сразу же ворвался наряд оказавшейся поблизости патрульной машины. Милиционеры их всех поставили лицом к стене в прихожей, но Сальников, к своему ужасу, среди лежавших в крови на кухне голых тел заметил оранжевую майку Петра.

— Разрешите оказать помощь! Я из детективного агентства, — непроизвольно рванувшись, взмолился он, обращаясь к охранявшему их молодому сержанту с неприятным бугристым лицом, но вместо ответа получил удар дубинкой.

— Будешь дергаться, браслеты надену! — пригрозил прыщавый. — Сейчас выясним, чей ты агент и что здесь делаешь.

— Мы ведем частное расследование. Содействуем ФСБ! Вот удостоверение, — торопливо объяснил Сальников, ловко выхватив из кармана и сунув ему под нос красную книжечку. Там пострадал наш товарищ!

Магическое слово из трех букв произвело впечатление, и сержант, проверив его удостоверение, смилостивился.

— Ладно, посмотрим, что там с твоим товарищем.

К великой радости Сальникова, Петр, когда они пришли на кухню, со стоном пошевелился и пришел в себя. Оперевшись на локоть, он оглядел окружающих мутным взором, но, видимо, все вспомнив и узнав Виктора Степановича, слабым, прерывающимся голосом попросил:

— Если можно… пусть принесут… льда… и сделают… повязку. Голова… просто раскалывается! У меня… затылок-то… цел?

— Разрешите оказать ему первую помощь? Хотя бы перевязать рану у него на затылке, пока не приедет врач, — умоляюще обратился к патрульным Сальников. — Своей головой ручаюсь: он ни в чем не виноват!

— Побереги голову! Твой товарищ двоих замочил! Хорошо еще, если по делу, — сурово отрезал лейтенант, видно, старший в наряде. — Сам-то уцелел. Его чем-то по башке огрели. Но черепок у парня крепкий, — с уважением бросил взгляд на мощное сложение Петра. — По-моему, не пострадал. Только ссадина большая и, конечно, шишкарь будет. Хотя, как знать: может, и сотрясение мозга.

Видя, как сильно волнуется Виктор Степанович, он более мягко добавил:

— Да ты не волнуйся! Вот-вот приедет бригада из МУРа, и ему будет оказана квалифицированная помощь. До суда уж точно вылечат, — не удержался он от мрачной усмешки. — Как-никак, двойное убийство!

— Вот даже как: двойное? — разозлился Сальников. — Как же ты это установил?

— Методом дедукции, — рассмеялся лейтенант, который был не лишен чувства юмора. — Пистолет, как видишь, он и сейчас держит в руках, а нож, которым зарезал бабу, — вон в том, — указал глазами, — углу валяется. И вряд ли успел стереть свои отпечатки, раз самого уложили.