— У меня тут идея появилась, — сказал Эрик. — Вы видите вон тех чертей на дереве. Так, вот, я хотел бы, чтобы вы им оставили немного дичи.

— Что, Эрик, птичек жалко? — с усмешкой спросил Мартин.

— Понимай, Мартин, как хочешь, — ответил Эрик. — Это будет наш подарок природе.

— От нашего стола, к вашему, — сказал Джери.

— Можно и так сказать, — сказал Мартин. — Они, ведь, не зря здесь сидят, наверное, проголодались.

— Я разрыдаюсь сейчас, — съехидничал Мартин. — А, может, ты Эрик, в них кого-то узнал?

— Ладно, парни, прекратите, — сказал Роберт, решивший успокоить разгорячившихся друзей, — не хватало, чтобы мы из-за этого поссорились.

Друзья еще долго говорили о природе, в ожидании охоты, вспоминая предыдущие приключения на разных континентах мира, где им довелось вчетвером побывать. Прошел час с четвертью и мир вокруг них словно замер. Необыкновенная волнующая тишина заполнила все уголки местного ландшафта. Друзья замолчали и стали прислушиваться. В этот момент, словно что-то тяжелое нырнуло под воду, прячась там на дне. Первым тишину нарушил Осман.

— Сейчас они появятся. Я лишь хочу напомнить вам, чтобы вы не подстрелили более трех антилоп, согласно нашему договору.

— А если больше? — спросил Мартин, заряжая патрон в ружье.

— Тогда штраф — тысяча американских долларов за каждую особь, — ответил Осман.

— Ловко придумано, — добавил Мартин.

— И еще. — вспомнил Осман. — Это в ваших целях, не открывайте огонь раньше моего сигнала, пусть стадо подойдет ближе, чтобы бить наверняка. Сначала прицельтесь, а потом…

— Ну, это понятно, — перебил его Эрик, занимающийся охотой не первый раз. — Дальше — дело техники.

— Первый выстрел за тобой, Роберт, — сказал Мартин.

— Хорошо, раз такая честь выпала мне, — ответил, немного волнуясь Роберт, глядя на бурные потоки реки.

Вскоре, подобно гигантской морской волне, охватывающей огромную часть желтеющего побережья, накатилось из-за горизонта большое стадо диких антилоп гну. Если не знать цели антилоп, можно было подумать, что они двигались хаотично, заполняя бесконечным числом тел необъятные золотистые просторы песка. Рев и шум ударов их копыт по песчаному грунту заполнил и закрыл все звуки в окрестности. Стремительный бег, безудержное перемещение этих особей и непреодолимое желание войти в бегущую и бурлящую речку, с единственной целью — перейти на другой берег. Этот природный и древний манящий инстинкт притягивал антилоп к смерти. Им было не подвластно что-либо изменить. Древние и могучие силы природы по неведомым и скрытым законам притягивали и звали их сердца на юг. Что там их ждало: покой, смирение, счастье, множество еды, утоляющее их желание или другие силы, они сейчас не знали. Их сердца неистово бились, помогая телу осуществить этот смертоносный для многих переход.

Антилопы, словно набегающие волны, одна за другой десятками, а затем и сотнями образовывали столпотворение у оврага. Они невольно сталкивали друг друга с небольшого обрыва. Их тела падали в воду. Некоторые пытались найти иной путь, чтобы достигнуть берега и оказаться в воде. Антилопы, мешая друг другу, находясь в хаотичном круговороте неуправляемой толпы, рано или поздно, независимо от их желания, скатывались кубарем, а иногда по телам неосторожно упавших своих собратьев. Образовывая живую стену из собственных тел, антилопы формировали искусственный, но движущийся прибой. Который разбивался в реке на множество одиноких тел, неустанно плывущих собственными усилиями на противоположный берег. Рядом с давкой, в которой погибло уже несколько антилоп, образовался извилистый ряд движущихся довольно слаженно, один за другим (перемещение цепочкой), новый поток антилоп. Но и тех и других посередине бурлящей реки поджидала смертельная опасность. Несколько десятков больших крокодилов, заранее спустившихся в водоем, поджидали свои жертвы. Голодные крокодилы, окружив плывущее стадо антилоп, приближались к ним. За счет многочисленного потока тел антилоп крокодилам пришлось отступить, лишь некоторым удалось захватить добычу и уйти вместе с ней под воду, где продолжалась борьба за жизнь. Немного в отдалении основного стада небольшая антилопа, по-видимому, еще молодая особь, отбилась от основного потока и решила перейти реку в другом месте. Несколько попыток маленькой антилопы ничем не закончились. Она не знала, как ей перейти через реку. По-видимому, эта антилопа еще не видела такой водной стихии, и потому ее движения в реке были неловкими и неуклюжими. Она пыталась отталкиваться от дна своими маленькими и тоненькими ножками, но захлебываясь в воде, всякий раз возвращалась обратно на берег. Увидев какой-то плывущий предмет, она двинулась к нему, в надежде запрыгнуть на него или удержаться над поверхностью. Для этой молодой особи было непонятно, почему вода, с которой она столкнулась в первый раз, мешает ей перемещаться. Вода попадала ей в ноздри и рот, не давая дышать. Поэтому, увидев спасательный одиноко плывущий предмет, она двинулась к нему. Но, при приближении этого предмета к ней, он, почему ушел под воду, и антилопа осталась одна. Она уже решила вернуться обратно к берегу, как вдруг почувствовала, что кто-то сильно сжал ее бедро. Она хотела закричать от боли, но вода, попавшая в ноздри, не дала ей этого. Ее тело погрузилось под воду. Лишь последние судорожные движения антилопы напоминали о ее существовании и отражались волнами на поверхности реки. К месту, где только что была молодая антилопа, подплыло несколько крокодилов, и под водой разгорелась настоящая подводная битва. Но этот бой был уже не за жизнь антилопы, а за право утолить и насытить свой желудок гигантских хищников, господствующих в здешних местах. Стадо антилоп, за право пройти через реку, платило своими жизнями.

За всеми этими событиями наблюдали четверо молодых американцев, тихо переговариваясь между собой.

— Ну, что Осман, когда можно стрелять? — с нетерпением проговорил Эрик.

— Уже скоро, — ответил Осман.

— Эти подводные хищники всю дичь распугают, — сказал Джери.

— Это ничего. Антилопы размножаются, они быстро восстановят численность поголовья, — ответил Осман. — И экосистема от этого не пострадает. Крокодилы убивают мало, и в основном, слабых.

— Да, но эти хищники убивают бесплатно в отличии от нас, — заметил Роберт.

— Но, мы же люди. Мы господствуем на земле, — сказал Мартин, — лишь мы знаем, когда и зачем мы это делаем.

— Ну и зачем же? — спросил Роберт.

Их диалог прервал голос Османа.

— Можно, теперь можно! Только я прошу вас стрелять тех, кто поближе находится.

— Почему? — спросил Джери.

— Нести тело антилопы ближе будет, — ответил Эрик вместо Османа.

— Ну, Роберт, дело за тобой, — сказал Мартин. — Ты вытянул короткую спичку, поэтому ты первый.

— Ну, давай, стреляй, не задерживай, — сказал с нетерпением Эрик.

Роберт выбрал антилопу, что была ближе и находилась в небольшом отдалении от стада. Он прицелился. Ему показалось, что антилопа запуталась и не может выбраться из оврага.

— Ну, давай, самый раз! — закричал, подзадоривая Джери. — Ты попадешь. Она почти недвижимая мишень.

Роберт опустил ружье, словно над чем-то задумался, затем опять поднял и вновь прицелился. Он впервые целился из огнестрельного оружия в живое существо. Его отделяло от выстрела лишь мгновение, надо было только слегка сжать палец на курке. Но это простое усилие локального характера оказалось непосильным. Он не только знал, но и ощутил живое создание на другом конце ружья, соединяющей его решение с прицелом, наведенном на жизнь неизвестного ему существа. Нет, он не смог сжать палец и тем самым дать механическую команду пуле покинуть ствол оружия, мгновенно пролететь и вонзиться в живую плоть ничего неподозревающей антилопы. Роберт опустил ствол ружья вниз.