— Merci, Mon Реге [38] . — Я слегка коснулся шляпы, повернулся и пошел прочь из сада.

По залитым ярким солнечным светом улицам Садового квартала разгуливал легкий ветерок. Я неторопливо дошел до особняка на Первой улице. На ступенях крыльца сидела моя обожаемая крошка Мэри-Бет, а рядом, как всегда, маячила фигура Лэшера, прозрачная, воздушная, невидимая постороннему взгляду. Похоже, они были рады встрече со мной.

Яркие электрические фонари превращали автозаправочную станцию в островок света посреди болотистой равнины. Единственная телефонная будка представляла собой подобие прозрачной пластиковой раковины с хромированным аппаратом внутри. Крошечные квадратные кнопки расплывались у нее перед глазами. Ей никак не удавалось разобрать, какие цифры на них написаны, и прошла целая вечность, прежде чем она сумела набрать номер.

Ей ответил сигнал «занято».

— Пожалуйста, попробуйте еще раз, — взмолилась она, обращаясь к оператору. — Мне необходимо дозвониться в «МэйфейриМэйфейр». Там многоканальный телефон, несколько линий. Прошу вас, не вешайте трубку. Сообщите им, что это очень срочный звонок от Роуан Мэйфейр.

— Мэм, этот номер занят, и они отказываются прервать разговор. Говорят, что слышат такие требования каждую минуту и что выполнить их совершенно невозможно.

Водитель грузовика забрался в кабину. До Роуан донесся рокот мотора. Знаком попросив водителя подождать, она торопливо продиктовала оператору домашний номер.

— Пожалуйста, наберите… вот этот… Я не могу… Я не в состоянии прочесть цифры…

Боль вновь резанула по животу, словно железным обручем охватила и сжала всю нижнюю часть туловища. Спазмы во время менструаций были сущей ерундой в сравнении с этой болью. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного.

«Майкл, пожалуйста, ответь. Майкл, прошу тебя…» — мысленно твердила она.

Бесполезно. Гудки, гудки, гудки…

— Мэм, мы звонили уже двадцать раз.

— Поймите, мне необходимо связаться… хоть с кем-нибудь. Прошу вас, для меня это очень важно. Продолжайте набирать номер снова и снова. Скажите им, что…

Телефонистка уже собиралась возразить, но оглушительный рев грузовика заглушил все прочие звуки. Облако выхлопных газов вырвалось из трубы под кабиной.

Обернувшись, она пошатнулась, трубка выскользнула из пальцев и упала на пластиковую подставку. Водитель устал ждать странную пассажирку и нетерпеливо махал рукой, делая ей знаки подойти.

«Мама, помоги мне. Мама, где отец?»

«Все в порядке, Эмалет. Тебе не о чем беспокоиться. Прошу тебя, уймись и поменьше двигайся. Потерпи еще немного».

Роуан сделала несколько довольно твердых шагов в сторону грузовика, но уже в следующую минуту земля внезапно ушла у нее из-под ног и она рухнула на грязный асфальт, больно ударившись о него коленями и чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.

«Мама, мне страшно».

— Держись, девочка. Держись, — уже вслух произнесла она, упираясь вытянутыми руками в асфальт, чтобы сохранить равновесие. Слава Богу, от падения пострадали, кажется, только колени. Двое мужчин уже бежали к ней от бензозаправки. Шофер тоже выскочил из кабины грузовика и бросился на помощь.

— Вам плохо, леди? — спросил он, склонившись над ней.

— Нет. Все в порядке. Я всего лишь оступилась. Ничего страшного. — Она взглянула в его встревоженное лицо. — Нам надо спешить.

На самом деле без посторонней помощи ей бы ни за что не подняться. Встав, она тяжело оперлась на руку водителя. Закатное небо над равниной было багровым и зловещим.

— Ну что, так и не дозвонились?

— Нет. Но сейчас нам пора ехать.

— Леди, мне нужно заехать в Сент-Мартинвиль. Обязательно. Там я должен забрать…

— Да, да, я поняла. Оттуда я и позвоню. А сейчас поехали, поехали отсюда скорее. Мы и так потеряли слишком много времени.

Она не могла больше здесь оставаться. Не могла больше видеть эту затерянную в болотах бензозаправку, это багровое небо, звезды, изливающие сверху свой холодный, равнодушный свет, огромную круглую луну…

Шофер с легкостью поднял ее и опустил на сиденье, затем обошел грузовик, взобрался в кабину и отпустил ручной тормоз. Он завел мотор. Громадный грузовик задрожал, запыхтел, водитель захлопнул дверцу и нажал на педаль акселератора. Машина с ревом тронулась с места. Они вновь вырулили на вспомогательное шоссе.

— Мы все еще в Техасе?

— Нет, мэм. Мы в Луизиане. Мне все-таки кажется, что будет гораздо лучше, если я отвезу вас к доктору.

— В этом нет никакой необходимости. Со мной все в порядке.

Стоило ей произнести эти слова, как новый приступ боли едва не заставил ее закричать. Она почувствовала, как ребенок резко толкнул изнутри в стенку живота.

«Эмалет, потерпи, прошу тебя. Во имя Бога и твоей мамочки — потерпи!»

«Мама, мой мир становится все теснее и теснее. Мама, мне страшно. Где отец? Разве я могу появиться на свет, если его не будет рядом?»