Вейлас развернулся кругом и оперся на ограждение мостика, накладывая стрелу на тетиву. Он прицелился в головную лодку и выстрелил. Рилд и Халисстра выстрелили следом за ним. Спустя томительные мгновения полета стрел крохотная фигурка серого дворфа взмахнула руками и, пошатнувшись, полетела за борт, исчезнув под мелькающими лопастями гребных колес. Остальные дворфы кинулись в укрытия, заслоняясь большими щитами.

Фарон выступил вперед и самоуверенно махнул рукой в сторону ближней лодки, отрывисто бросив слова заклинания. С кончиков его пальцев сорвался маленький шарик оранжевого пламени и, как стрела, понесся над темной водой. Он, казалось, исчез во тьме, поглощенный корпусом головного судна, — и ослепительная огненная вспышка изверглась прямо из носа лодки, пожирая палубу с ревом, эхом, раскатившимся под сводами гигантской пещеры. Охваченные пламенем дергары корчились и шатались, многие падали или сами выпрыгивали за борт.

— Отлично! — крикнула Квентл.

Даже Джеггред ликующе зарычал, но в следующий миг со второго корабля поднялся гудящий сгусток голубой энергии и устремился к ним. Фарон начал было заклинание отклонения или защиты, но не сумел отразить удар, и слепящие прожилки молний накрыли лодку Угольщика. Воздух взревел дюжинами громовых раскатов и взрывов, когда электрические дуги ударили во всяческие бочки, бочонки и снасти или вонзились обжигающими стрелами в живую плоть. Халисстра вскрикнула и припала к дощатому настилу, молния поразила ее в левое бедро. Рилд в конвульсиях рухнул на палубу, его нагрудник раскалился добела от энергии голубого шара.

Гребцы-скелеты продолжали свой нелегкий труд, мча лодку вперед.

Фарон рывком вскинул жезл и выпустил огненную стрелу в корабль, наславший на них шар с молниями. С ближнего судна к беглецам поскакал слепящий огненный метеор, прыгая по волнам, будто голодное живое существо. По чистому везению он ударился о низкий каменный выступ и взорвался позади них, разлив по поверхности воды пленку пылающей жидкости. Третий корабль снова выстрелил из катапульты, и похожий на комету огненный шар пронесся прямо над мостиком и взорвался чуть впереди по их курсу.

— Проклятие! — прорычал Угольщик. — Они взяли нас на прицел!

— Похоже, они несколько превосходят нас в численности! — прокричал Фарон между заклинаниями. — Может, ради спасения нам лучше удвоить наши усилия?

Стрелы свистели вокруг них, стучали по корпусу, с хрустом вонзались в доски палубы.

— Халисстра,— позвал маг, — не возьмешь ли ты мой жезл — я имею в виду тот, что у меня в руке, — и не используешь ли его, чтобы помешать тому типу на первой лодке?

Халисстра с трудом пробралась на корму, не обращая внимания на жгучую боль в бедре. Она приняла от мага стальной жезл, прицелилась в головную лодку и выкрикнула слова команды. Затрещали искры, запахло озоном, стрела понеслась к вражескому судну, для того лишь, чтобы бессильно удариться о некий магический щит, воздвигнутый между ними чародеями дергаров.

Фарой нараспев произнес слова очередного заклинания, и позади них разлился густой белый туман, его волны с поразительной скоростью растекались над водой. Почти мгновенно у них за кормой словно выросла белая стена, полностью скрывшая из виду преследующие их лодки.

— Ну вот, — сказал маг, — это немного задержит их.

— Это туман. Разве они не смогут просто проплыть сквозь него? — спросил Рилд.

— Это не обыкновенный туман, друг мой. Этот туман такой густой, что стрела вязнет в нем на лету. А что лучше всего, он очень едкий, так что всякого, кто опрометчиво в него угодит, будет медленно проедать насквозь. — Маг улыбнулся и скрестил руки на груди. — Ах, черт побери, и молодец же я.

Квентл открыла было рот, скорее всего, собираясь возразить на похвальбу мага, когда Данифай прокричала с носа:

— Стойте! Впереди скалы! Стойте!

— Проклятие! — выдохнул Угольщик. — Полный назад! Полный назад, вы, костлявые олухи!

Сгибающиеся и разгибающиеся скелеты нажимали на рычаги все реже, не в силах сразу остановить тяжелые колеса, потом медленно начали вращать их в обратную сторону. Не дожидаясь этого, дворф яростно налег на штурвал, пытаясь отвернуть от черной линии напоминающих клыки скал впереди. Озеро, похоже, быстро мелело навстречу резко понижающемуся своду. Берег тянулся в обе стороны, насколько Халисстра могла видеть. Поворачивающее суденышко вдруг неловко остановилось, наткнувшись правым бортом на попавшуюся на пути скалу, к счастью, не острую. От толчка все попадали, а Данифай едва не вылетела за борт головой вперед.

— И что дальше? — спросил Рилд, подымаясь с палубы. — Теперь они получат нас, пришпиленных к стене пещеры.

— Как долго твой туман сможет задержать серых дворфов? — бросила Квентл Фарону.

— Не больше нескольких минут, — ответил он. — Конечно, они могли дать задний ход и обойти его.

Фарон внимательно вглядывался в дело своих рук. В отдалении кричали от боли дергары, их страдальческие вопли странно и глухо звучали в коварной белой мгле.

— Вряд ли заклинание сумеет убить или покалечить многих, — добавил маг, — и не думаю, что оно потопит их лодки.

— Значит, мы сойдем здесь, — сказала Квентл. Она указала на стену пещеры. — Мы спрячемся среди скал, и нас не заметят. А лодку отправим туда, — она указала на восток, — и пусть люди кронпринца гонятся за ней, уходя подальше от нас.

— Я не стану вашей приманкой! — рявкнул Угольщик. — Вы меня в эту заваруху втравили, вы и выпутывайте!

Не обращая внимания на дворфа, темные эльфы торопливо побросали свои мешки на мокрые скалы у борта. Джеггред спрыгнул в ледяную воду и побрел к берегу, Рилд и Фарон последовали за ним. Вейлас слез с мостика и тоже соскочил за борт.