Что же мне предпринять? Я терялся в догадках. Не мог принять решение самостоятельно. Но пока в этой квартире царила осень, уходить отсюда я не хотел. «Может, заказать тебе пиццу?» — предложила Хелена. Я не понял ее вопроса. Вот если бы угощение мне принес господин Граф. Но что делать рассыльному из пиццерии в моем романе? Вероятно, Хелена тоже была под хмельком.

— Как долго я могу здесь жить? — поинтересовался я.

— Оставайся навсегда, если хочешь, — ответила она.

Звучало прекрасно, но срок слишком долгий. Может, мне следует сообщить о своем местонахождении в прокуратуру? Идея не понравилась Хелене. Я должен забыть о Реле. Пожалуй, это будет нетрудно. Сейчас мне почему-то хотелось чем-нибудь усложнить себе жизнь.

— Я не слишком побеспокою тебя, если зайду завтра утром? — спросила Хелена.

Она? Побеспокоит? Но это ее квартира! Там, где у нормальных людей обычно бьется сердце, что-то затрепыхалось. Тем не менее я задумался, как бы смешно это ни звучало.

— Ты не помешаешь мне, наоборот, — произнес я.

Я повесил трубку лишь на следующее утро. Нам было о чем поговорить. В середине беседы мне пришла в голову достойная заключительная фраза.

— Хелена, ты когда-нибудь была в Бразилии? — поинтересовался я, терпеливо дождавшись прощания.

В издательском доме «Эрфос» я перечеркивал подобные концовки даже у самых известных авторов. Но я не был больше ни редактором, ни писателем, ни заключенным, ни свободным гражданином. Я чувствовал себя убийцей, которого осень взяла на поруки. Поэтому повторил свой вопрос.

— Пока нет, — ответила Хелена.

И я нашел эту фразу удачной.