— Секунду, — сделал стойку Тимофей Христофорович. — Вы с такой уверенностью описали процесс подделки: бечева, масло, солнце… Вы как будто сами присутствовали при этом!

— Ой, да это же сразу видно. — Айса вдруг озорно улыбнулась: — Дело в том, что я сама в свое время этим занималась. — Ну, так получилось… Понимаете, три года назад…Три года назад “Атрибут” штаб-квартиры не имел, мыкался по квартирам энтузиастов и, не будучи балован спонсорской благосклонностью, нормально хирел — как и все самодеятельные организации подобного рода.

Тогда Айса придумала тонкий стратегический ход. В их семье есть давняя реликвия, передаваемая из поколения в поколение: фрагмент настоящего узелкового письма, которое сплел древний основатель рода — шаман Агунджаб, записывая последнюю волю хана Дондук-Омбо…

— Не может быть!!! — Тимофей Христофорович от неожиданности выпустил руль и резко повернулся к собеседнице.

— Сдурел?! — Кириллов поймал руль и выровнял вильнувшую влево “Ниву”. — Держи баранку!

— Почему не может? — удивилась Айса. — Это письмо хранится у деда. Приедем — я вам покажу.

— И что… что там, в этом фрагменте? — медленно бледнея, спросил Шепелев.

— Да ничего особенного. — Айса пожала плечами. — Там ряд цветистых выражений, суть которых можно выразить одной фразой: “…Это будет принадлежать тем, кто этого достоин…”

— И все? — не поверил Шепелев. — Больше — ни слова?

— Больше — ни слова, — подтвердила Айса. — Возможно, это просто какое-то иносказание. Хотя есть еще семейная легенда…

Да, в довесок к странному фрагменту существует легенда, также передаваемая из поколения в поколение. Якобы существует полный текст завещания. У кого и где он хранится — неизвестно. О сути завещания история также умалчивает. Но доподлинно известно, что представители рода, который является хранителем завещания, являются кровными родичами семейства Айсы…

— Как интересно, черт меня забери! — с чувством воскликнул Тимофей Христофорович. — Как все закручено…И где же вы раньше были, милая девушка?! Вы знаете — я как раз сейчас работаю над… над чем-то подобным.

— Очень приятно, — порадовалась Айса. — Так вот — насчет спонсорства для клуба…

Спонсора Айса решила поискать не абы где, а на самом верху. Соорудила репродукцию фрагмента семейной реликвии: бечева — масло — солнце, улучила удобный момент и на одном из сабантуев по случаю какого-то культурного события подплыла мелким бесом к хану. Извольте: вот реликвия. Еще извольте: легенда к реликвии.

Хан чрезвычайно обрадовался. С трепетом душевным принял подделку, поинтересовался — а что может быть в том завещании, о котором упоминает легенда?

— И что вы ему сказали? — Шепелев, затаив дыхание, впился взглядом в зеркало.

— Что можно сказать человеку, чтобы предельно заинтересовать его? Сказала — ханские сокровища…

— Черт! — Шепелев крепко стукнул кулаком по баранке. — Вот же черт, а… А я-то думаю — откуда дровишки…

— Вы что-то об этом знаете? — заинтересовалась Айса.

— Кое-что знаю… Но это неважно. Нет, ты погляди — как все просто! А я-то гадал…

— Ты что-то сегодня слишком эмоционален, — отметил Кириллов. — С чего это тебя так разобрало? Это же обычная историческая версия, не более того…

— И что дальше? — игнорируя замечание коллеги, подбодрил спутницу Шепелев.

А дальше все получилось как хотели. Хан выделил под клуб квартиру, выделил средства на ремонт и учреждение клубного фонда и обещал в дальнейшем помогать. Президентом назначил калмыцкого писателя-фантаста, который раз в год представлял клуб на конференции общественных организаций. А фактическим хозяином стала Айса, для которой специально учредили пост вице-президента.

А еще хан высказал просьбу: о семейной реликвии не распространяться. И коль скоро вдруг поступят какие-то сведения о полном тексте завещания — быстренько сообщить ему. Вот и все…

“Пиу-пиу-пиу!” — скандально заверещал кирилловский мобильник.

— Да. — Кириллов, выслушав сообщение, озадаченно нахмурился: — Спасибо. Возвращайтесь на базу.

— Чего там? — машинально уточнил Тимофей Христофорович, весь погруженный в свои впечатления от знакомства с семейными тайнами Айсы.

— У нас маленькое ЧП. — Кириллов покосился на пассажирку. — Гхм-кхм… маячок умер.

— Потеряли, что ли?

— Нет, не потеряли. Именно что — умер. Довели до горотдела, был устойчивый чистый сигнал, метров триста. И вдруг — погас. Подошли поближе, стали наблюдать. Через некоторое время наших парней вывели из горотдела какие-то штатские, погрузили в микроавтобус и увезли в неизвестном направлении. Преследовать не рискнули — самый центр города, чужая машина — заметно…

— Нехорошо, — безучастно буркнул Шепелев.

— Да уж чего хорошего! — воскликнул Кириллов. — Попали хлопцы — как кур во щи. Интересно, чего они натворили?