Марко спешил за расторопной служанкой, пробираясь по темным узким проходам меж домов, подскальзываясь на вылитых накануне вечером помоях и раздумывая о том, что ждет чужестранца, если стража поймает его в покоях принцессы. Мысль об этом пугала, и он не раз готов был повернуть назад.

И все же они благополучно добрались до дворца; служанка привела купца в комнату, освещенную лишь лунным светом, и закутанная в шелковую ткань принцесса сверкнула на него глазами из-под темных бровей.

– Я наслышана о твоих талантах, чужеземец, – сказала принцесса Сарнай. – Мой отец, великий хан, не стал бы отправлять глупца с важными поручениями в Индию и Кинсаи. Теперь я хочу, чтобы ты употребил силы своего разума и свою хитрость для меня. Я хочу, чтобы ты помог мне, чужеземец, – сказала она. – Я заплачу тебе щедро.

– Помочь? Но чем же я могу помочь? – растерялся Марко.

– Отец хочет выдать меня замуж за ильхана Аргуна, что правит Персией. Хан прислал послов и просил моей руки. Я стану его женой, и у меня будет власть. Дочь хана – игрушка, а жена хана может стать вторым человеком в государстве. Но отец все откладывает мой отъезд из-за того, что Персия далеко, и дорога туда лежит через неспокойные районы. Один раз мы даже тронулись было в путь… караван пришлось повернуть обратно, и я чудом осталась жива. Но я хочу уехать! Я хочу царствовать! – Сарнай повысила было голос и даже ножкой топнула, но тут же одумалась. Некоторое время она и Марко молчали, прислушиваясь. Но ничто не нарушало сонную тишину дворца, и принцесса продолжала вполголоса: – Мне известно, что ты, твой отец и дядя тоже мечтаете вернуться туда, откуда вы родом. Но хан не отпустит вас просто потому, что вы соскучились. Он не любит разбрасываться ценным имуществом, а вы ценны для него своими знаниями.

Марко смотрел на принцессу в немом восхищении. Она ведь совсем юная – лет четырнадцать-пятнадцать, не больше. Но какой разум! Сарнай по-монгольски значит Роза, и он ясно видел, сколько шипов на этом красивом и горделиво прямом стебле.

– Госпожа затмевает разумом многих государственных мужей, окружающих хана, – почтительно сказал он. – Но я все еще не понимаю, как я, ничтожный, могу быть полезен принцессе…

– Предложи отцу сопровождать меня в пути, – продолжала принцесса.

– Но с чего вы взяли, госпожа, что мы сможем защитить вас лучше, чем отряд стражников?

– Сможете, если мы будем путешествовать по морю.

Марко, еще раз восхвалив разумность принцессы, сделал все, чтобы не сказать ни да, ни нет. Предложение сие требовалось обдумать тщательно и посоветоваться с отцом и дядей. Некоторое время они шепотом препирались; Сарнай все пыталась получить с купца клятву верности, но Марко, как истинный венецианец, умел искусно играть словами и всячески избегал прямых обязательств. Он вздохнул с облегчением, когда в дверях показалась служанка и замахала руками. Сарнай тут же исчезла за дверью, а Марко через некоторое время также тайно был выпровожен из дворца.

Венецианцы все обсудили промеж собой и, подивившись разумности и хитрости принцессы Сарнай, решили следовать ее плану. Ибо хан уже не раз отказывал в просьбе отпустить их на родину. Превыше всего он ценил Марко. Молодой купец знал четыре языка – среди них арабский и монгольский, а потому легко мог общаться с другими иностранцами на службе хана, ибо тот использовал таланты арабов и персов, армян и турок. Любой разумный и сведущий человек, понравившийся и доказавший хану свою полезность, мог ему служить. Не становилась препятствием и религия. Впервые Марко видел империю, где так терпимо относились к вопросам вероисповедания. Часть монгольских ханов приняла ислам; кое-кто, по слухам, был крещен; старая знать придерживалась веры предков – язычества. А сам Хубилай уже в зрелом возрасте стал буддистом.

Но как ни был Марко обласкан вниманием и расположением владыки, какие бы посты он ни занимал, но и ему уже хотелось вернуться домой, завести семью и стать уважаемым гражданином своего города.

Хан Хубилай лишь после долгих колебаний уступил просьбе венецианцев, но принцесса Сарнай со своей стороны всячески отравляла отцу жизнь, и в конце концов он приказал снарядить флот из четырнадцати четырехмачтовых кораблей и снабдить экипаж запасами на два года. На некоторых судах помещалось до двухсот пятидесяти человек. Маффео, Никколо и Марко Поло возглавили экспедицию.

Лишь через три года в городе Ормузе закончилось их многотрудное и полное приключений плавание. Монгольская принцесса наконец добралась до границы Персии. Ко времени ее прибытия хан Аргун успел уже умереть, и в персидском царстве начались междоусобные войны. Марко Поло, его отец и дядя Маффио были в растерянности, и в конце концов Марко как благородный человек предложил принцессе отправиться с ними в Венецию. Сарнай улыбнулась и нежно провела рукой по его волосам.

– Не тревожься обо мне, – сказала она. – У меня есть, что предложить Гасану, сыну Аргуна, в обмен на гостеприимство.

– О да, ты прекрасна, как цветок на рассвете! – воскликнул купец, мысленно перекрестившись – восточная женщина могла стать для него порядочной обузой.

Сарнай расхохоталась.

– Ты наивен, хоть и купец! Ни один мужчина, тем более хан, не станет думать о таких пустяках, как женская красота, особенно во время смуты и войны! Но ты помог мне… и скрасил долгий путь своей лаской… Я покажу тебе… – она легко вскочила с ложа и выудила из-под многочисленных (и довольно засаленных после трехлетнего путешествия) подушек маленький ящичек темного дерева. Села на колени к мужчине и, открыв ящичек, сунула ему под нос. На бледном шелке переливался темным огнем драгоценный камень.