– А, это ты… Расстроил меня твой сынок. Как бы не прогневался на него Агний Трехликий, коий хотя и проповедовал пращурам нашим доброту, однако не спускал и врагам церкви своей…

– Выпорю! – истово пообещал Сергеев. – Семь шкур спущу! Будет у меня все праздники в подвале без воды сидеть!

– В праздники – не надо, – мягко остановил его отец Афанасий. – Праздники для всякой твари священны, в такой день и злой казак, и дикий абик должны возрадоваться, коли коснулся их хоть луч благодати небесной. А ты посади-ка его до праздников, как раз на два дня. В школе он все равно ума не наберется, глуп… На то, знать, воля Агния Трехликого.

– Все сделаю… – фермер быстро подошел и преклонил колено, целуя край одеяния священника.

Афанасий осенил его тройным обмахиванием и хотел что-то еще сказать, но вдруг замер, прислушиваясь.

– Не флайер ли?

– Флайер вроде, – согласился Сергеев. – Урчит, значит, подлетает.

– Прости, Андрей, я должен идти, ко мне сегодня гости из семинарии городской. Ох, грешен, доску-то не заколотил!

Священник быстро зашагал к выходу, фермер разогнулся.

– Так может, мне забить?

– Да пребудет с тобой Огонь Чистый и Светлый! – рассеянно отозвался Афанасий, оставив Сергеева в некотором недоумении.

Флайер опустился прямо перед входом в церковь. Первым выскочил высокий рыжий пилот, разложил лесенку и подал руку тучному священнику с надменным выражением на лице. Афанасий перешел на бег и успел поддержать гостя под локоть.

– Как добрались, Ваше Преосвященство?

– Трясет, брат Афанасий, – пожаловался тучный. – Ты по телефону-то сказал, где садиться, но смотрю – мы у церкви… Устал я, брат Афанасий. Пойдем сразу к тебе. Далеко ли?

– Рядом! – замахал священник рукой по направлению к своему дому. – Вон, из-за склада желтая крыша видна! А жена-то моя как будет рада, с утра готовилась!

– Отведаем, – скромно улыбнулся гость. – А чтобы тебя не томить… Ходатайство мое удовлетворено, отзывы о твоем приходе самые лучшие, так что… Ты зачислен, брат, пляши!

– Ох, да пребудет с нами Огонь Чистый и Светлый! Жена-то как будет рада!

– Да, пускай собирается в дорогу, на днях пришлю тебе преемника. Но учти: должно учиться новым таинствам прилежно, дабы меня не осрамить перед чинами. В городе не как на селе, народ ушлый, в вере нестойкий!

– Ваше Преосвященство!

– Ну, пойдем. Ты, Егорка, не жди, мотай обратно, – обернулся тучный к пилоту. – Поболтай там с господином механиком, о чем хотел, а обратно – утром. Домик с желтой крышей видишь?

– Будет сделано! – расцвел пилот и преклонил колено.

Как только священники немного отошли, рыжий сложил лесенку, а потом забрался во флайер сам. Вокруг, конечно, столпились уже чумазые фермерские детишки, на вид один тупее другого. Пилот сердито погрозил им кулаком, потом аккуратно поднял в воздух машину. Малолетние придурки тут же собрались под днищем, задрали головы, будто ничего интереснее не видели. Зазвонил телефон.

– Его преосвященство отсутствует! – доложил пилот, перегнувшись к пассажирскому сиденью.

– А это кто? Егор? Слушай, я тут посмотрел ту деталь, что мы заменили… Ты лучше пока не взлетай.

– Да я уже взлетел…

– Вот оно что? Ну, тогда давай прямо сюда.

– Слушаюсь, господин механик!

Егор аккуратно опустил трубку, вжал ее в крепление. Лампочка в углу приборной доски все так же мигала красным. С утра господин механик сказал, что это ерунда, а тут вдруг что-то обеспокоился – никак, похмелился наконец.

– Как бы нам не навернуться… – вздохнул Егор. – Да, Кот?

Так он прозвал свой флайер. Может, это не настолько удачно, как Ласточка или Орел, но уж очень похожа на кошачью морда машины. И антенны торчат, как усы.

– Ты уж меня донеси, пожалуйста. На Агния надеемся, а сами не сплошаем, верно?

Флайер не отвечал, но скорость набрал хорошо, к облакам поднялся тоже без проблем. Удовлетворенный Егор улыбнулся, стал мурлыкать про себя какую-то песенку. Вскоре впереди показались огромные башни центральной части города, а еще через несколько минут внизу потянулись похожие друг на друга фабричные кварталы. Вот тут Кот и нырнул носом.

– Огонь Чистый и Светлый в Агния Трехликого душу мать!!! – заорал пилот, налегая на штурвал.

Плоские крыши домов стремительно приближались, и Егор уже собирался зажмуриться, чтобы не видеть того места, о которое разобьется вдребезги, но Кот вдруг проснулся, услышал штурвал. Сшибая какие-то фанерные надстройки, флайер пронесся над самой крышей, перелетел через узкую улочку и наконец рухнул прямо перед хлебовозной машиной. Водитель успел затормозить, стукнулся лбом о стекло, оттого лобовым и называемое.