– Знаете, не могу поверить, что вы и в самом деле бессмертны.

Он опять закивал:

– Да, многие не верят. Пытаются убить, мне, когда оживу, приходится их убивать. Ведь те, кто меня убивает, они делают преступление, этого делать нельзя. Я Исус, я должен жить, чтобы все могли попасть на небо.

– А болезни – это чтобы все туда попали?

– Да! – Он опять закивал, улыбаясь. – Именно. Чем больше умрет, тем быстрее на небо.

– Логично, да. Простите, так насчет бессмертия…

Он вопросительно поднял брови. Сейчас этот маг выглядел как преподаватель какого-нибудь гуманитарного института низкого пошиба, потрепанный жизнью интеллигент с манерами.

– Вы не могли бы продемонстрировать? Нет-нет, я не настаиваю, просто очень интересно, как это бывает?

Безумец вздохнул.

– Ну, могу. Только если вы меня убьете, тогда и вас придется. Я же вижу, вы хороший человек.

– Это, я думаю, со стороны виднее.

Он замотал головой, соглашаясь, а я уже тянул пистолет из кармана.

– Вот. Он заряжен, осторожнее.

Безумец взял пистолет, пожал плечами:

– Думаете, стоит?

– Мне было бы очень приятно увидеть. Понимаете, это не каждый день случается – пришествие. Хочется убедиться, а самому в вас стрелять неловко как-то. Будьте добры?

Пожав плечами, он опять мотнул головой, неловко ткнул дулом куда-то чуть выше скулы и выстрелил.

Тело на пол упало совершенно небожественным образом.

Славик поднял большой палец, а я облегченно вздохнул. Бывает же такое! Безумные времена, полоумные люди, сумасшедшие встречи!

Уже вставая, я услышал стон: лежавший на полу маг пошевелился, поднял голову.

– Вы не поможете подняться?

В полной тишине я протянул ему руку.

– Спасибо.

Перевалившись на сиденье он несколько секунд сидел, глядя в никуда, потом спохватился и начал приводить себя в порядок.

– С одеждой беда. Представляете, каждый раз вот так, в крови.

– Нелегко, наверное.

Было трудно оторвать взгляд от потека крови на его лице; со стороны затылка, наверное, крови было еще больше, но не лезть же смотреть? Там, где недавно я видел отверстие, теперь был кружок гладкой кожи, окруженный пятнами от въевшегося пороха. Как это вообще может быть? Что возвращает его к начальной форме? Или он не маг, а наоборот, подвергся какому-то заклинанию? Росомаха, типа бессмертный?

– Вы только не закапывайте меня, хорошо?

Вздрогнув, я вернулся к реальному миру.

– Что, простите?

– Не закапывайте. Меня уже пытались, много раз. Это неприятно – земля или бетон во рту, дышать нельзя и давит. И к тому же какой смысл закапывать Христа, я же все равно на третий день выйду из гроба? Я всегда выхожу, мне так положено. И надо искать закопавших, это столько мороки, а у меня же дела. Высшие терпеливы, но мне надо идти дальше с миссией.

Значит, этот вариант не пройдет. Что же тогда с тобой делать?

– Не проголодались?

Он с легким интересом посмотрел на меня, выбирая что-то из окровавленных волос.

– Немного. Мне есть вообще-то не очень нужно, но иногда хочется, я тогда ем.

– Сейчас принесут.

Боец, с круглыми глазами смотревший на происходящее, понятливо кивнул и исчез, с топотом убежав по составу.

– Ага. Спасибо. Вы добрый. Вы не врач, случаем?

Что сказать психу?

– Нет, не врач. Просто долго с ними имел дело, наверное, это накладывается?

– Наверное. – Он печально покивал. – С вами спокойно, обычно все чего-то требуют, пытаются убить. Глупые. – И тут же без паузы продолжил: – Так я поеду? Мне надо продолжать путь, иначе люди не узнают, что я пришел.

Угу, отпущу я тебя, как же. Не дай бог вернешься!

– Есть мысль получше. Эй, боец!

Стоявший недалеко на перроне молодой мужик с автоматом опасливо приблизился к окну.

– Давай организуй машину, вот человека в Еланьевский скит надо отвезти. – Он кивнул и быстро убежал. – Вам в скиту будет хорошо. Опять же если вы Христос, то вам к монахам надо, да? Вот они все устроят – расскажут, кому следует, вам поклоняться будут ну и что там положено. Простите, я не помню, как в писаниях об этом сказано, не готовился ко второму пришествию, но они наверняка знают, да?

Он нахмурился, но кивнул и опять уставился перед собой, чуть покачиваясь взад-вперед, уже забыв про меня.

Спустя десять минут мы загрузили его в машину. Безумец был тихим, равнодушно принял все ухаживания, выпил чаю с бутербродом и уехал, под присмотром одного из гнединских магов и нескольких бойцов. До скита отсюда минут тридцать езды, авось не будет по дороге буянить.

– Эдик, пусть его там запрут покрепче! Но ни в коем случае не убивать!

– Понял я, понял. Сейчас позвоню.