– Подтверждаете курс?
– спросил Тиор Райли.

Я кивнула, выныривая из воспоминаний. Курс на развалины родного дома.

Брендон явно чувствовал себя виноватым. Он оторвал взгляд от пола, словно собираясь возразить мне. Наверное, было в моем лице что-то, заставившее его промолчать. В этот миг (единственный за всю историю нашего знакомства!) он был мне совершенно безразличен, как кресло пилота. Просто бесплатное приложение к журналу "Пенсия и жизнь", с горечью усмехнулась я.

Непроглядная темень, сквозь которую стремительно несся "Странник", понимающе смотрела мне в душу. Нет, она не сочувствовала, не сожалела, она просто понимала, и от этого немыслимым образом становилось спокойнее.

Я очнулась, лишь когда перед глазами промелькнул огромный разноцветный диск - Уран, по-видимому. Скорость резко снизилась в окрестностях Юпитера, капитан высчитывал курс полета через пояс астероидов. Мимо нас величественно и надменно проплывал Гигант. Красно-кирпичного цвета, с вкраплениями желтых полос, невообразимо царственный, в окружении своих многочисленных спутников. Планетарная система в миниатюре, подумалось мне. Тиор Райли закончил расчеты и вывел звездолет на спин-траекторию по касательной к орбите Марса. Вокруг безжизненной красной планеты вращались две скалы - Фобос и Деймос, с обеих сторон планету обрамляли каемки астероидов. А были ли мы первыми?
– промелькнула неясная мысль. Возможно там, между Юпитером и Марсом, когда-то кружилась еще одна полная жизни твердыня, на которой могла зародиться раса разумных существ, а потом о них узнали криоги или кто-то еще. Как говорил Брендон? Песчинка, занесенная космическим ветром? Скорее насекомые-вредители, типа тараканов, только по какому, скажите, праву криоги взяли на себя роль очистителей Вселенной, чем им мешали соседи, пусть и с более слабым интеллектом? По какому праву они возомнили себя богами?!

Земли не было. Вопреки словам Брендона я все-таки ждала ее увидеть, теплую голубо-зеленую планету. Кто-то однажды сказал, что Земля - это колыбель человечества, но нельзя же вечно оставаться в колыбели. И вот я видела останки этой колыбели: обугленные, неровные осколки былой славы. Былой жизни.

Довольно равнодушно за всем наблюдала звезда класса G IV, желтый карлик. Мое Солнце. Я прильнула к прозрачному пластику, пытаясь уловить немножко тепла, но Солнце было в перигее, я только отморозила кончик носа.

В последний раз взглянув на то, что было системой Земля - Луна, я отвернулась. На меня выжидающе смотрели две пары глаз - серебристые Брендона и зеленые Тиора Райли. Я кивнула капитану, давая разрешение продолжить прежний путь и, поежившись, шагнула к Брендону.

– Достаточно.

Боль ушла, осталось только зыбкое отупение…

– Брендон, скажи, какой сейчас год?

Интересно, почему сей факт заинтересовал меня только теперь? Мы сидели в моей каюте, точнее, сидел Брендон, а я расхаживала взад-вперед перед его носом, пытаясь сладить с нахлынувшими чувствами.

– По твоему исчислению, - прикинул он, - Четыре тысячи пятьсот двадцатый, так что ты старше меня почти на двадцать пять столетий.

Он пытался меня развеселить или оскорбить?

– Отлично. Ты вполне можешь оказаться моим пра-пра-пра- … - внуком. Но я все равно многого не понимаю. Куда мы летим, например?

– Домой. На мою родную планету. Она находится…

Я жестом прервала его. Меньше всего мне были нужны астрономические подробности, с ними мы будем разбираться позднее.

– Я не об этом. Объясни мне, почему мы вообще оказались в звездолете, в глубоком, безлюдном космосе, вместо того, чтобы сразу переместиться на эту твою планету? Или ваша машина времени действует только в безвоздушном пространстве?

Брендон вздохнул, очевидно, собираясь с мыслями. Конечно, нехорошо так эксплуатировать человека, но должна же я, наконец, разобраться в хламе своих мыслей.

– Это сложно объяснить, - выдавил все же мой сероглазый красавец.
– И еще сложнее понять. Нет никакой машины времени. Понимаешь, когда люди начали обживать новые планеты, они вступили с ними в какое-то взаимодействие. Миры, которые они заполнили, изменили людей. Это принято называть мутацией - пусть будет так. Но, на мой взгляд, просто пробудились дремлющие до поры способности, ведь сжигали в темные века ведьм. Надо сказать, что изменения произошли не везде - и не везде одинаково. К счастью, второго круга инквизиции не случилось. Возможно, человечество стало мудрее.

Я смотрела на него широко распахнутыми глупыми глазами и ничего не понимала. Однако! Вселенная, в которой вместо цианистого калия используют чары?! Нет, или я сошла с ума, или я окончательно с него спрыгнула! Тайком ущипнула себя за запястье. Чувствительность в норме. Брендон прокашлялся и продолжил свою страшную сказку - именно так я воспринимала происходящее.

– Не знаю, зачем меня переместили. Наверное, я чему-то мешал, а на физическое устранение они не решились; они - потому что одному человеку такое не под силу… Перенести меня обратно в принципе было не сложно, но вот найти… Пришлось прощупывать пространственно-временной континуум, а у планет очень сильный мыслефон, создаваемый живущими на них людьми, потому поиск вели в космосе.

Его слова наваливались на меня неподъемной массой. Мне вдруг стало страшно.

– Брендон?
– жалобно позвала я.

– Да?

– А найдется ли в твоем волшебном мире место для меня?

– Найдется. Я уверен в этом. Ведь смогла же ты вызвать зеркало.

Я хотела было спросить, откуда он знает, и что значит вызвала, но не стала. Знает, и все. Надо привыкать. Усталость. Усталость разливалась по венам вместо крови, делала ватными конечности…

Брендон уловил мое состояние и встал.