За завтраком она выглядела утомленной, и он не решился снова заикнуться про Натали; не хотел слишком настаивать и тем самым раскрыть свои карты.

— Что будешь делать сегодня? — как бы между прочим спросил Хьюз.

— Иду кататься на коньках в Центральный парк. А вечером намечается еще одна вечеринка в даунтауне. Все приехали из колледжей домой на Рождество.

И до Хьюза начало доходить, что ему придется постоять в очереди, если он хочет хоть немного побыть с ней. Шансы провести вечер с дочерью и Натали, чтобы они поближе познакомились, были почти равны нулю. Элоиза хотела успеть слишком многое за ограниченное время.

До сочельника в плотном графике Элоизы не нашлось ни минутки для новой встречи. Хьюз пригласил Натали на ленч, чтобы обменяться подарками, а вечером она уезжала в Филадельфию. Она должна была прийти в отель, а потом они собирались спуститься в ресторан. Натали вошла в их апартаменты ровно в полдень. Элоиза как раз собиралась уходить на очередную встречу с друзьями.

— О, привет, — сказала она, увидев в дверях дизайнера, и, не понимая, что та здесь делает, озадаченно уставилась на Натали. Элоиза явно не подозревала, что между ее отцом и Натали что-то происходит.

— С Рождеством, — улыбнулась ей Натали. — Сегодня мы с твоим отцом идем на ленч.

— Думаю, он внизу, в своем кабинете. — Не успела Элоиза это произнести, как в апартаменты вошел Хьюз. Он обрадовался и одновременно занервничал, увидев обеих женщин своей жизни вместе и не зная, о чем они успели поговорить.

Хьюз дружески чмокнул Натали в щечку, как поступал со всеми своими знакомыми дамами.

— Привет, папа. Я ухожу, — сообщила Элоиза, надевая пальто.

— Я вижу. Надеюсь, сегодня не намечается никаких вечеринок? Давай проведем вечер по-семейному, вместе, как в старые добрые времена. И сходим на мессу.

— Конечно, — ответила Элоиза, будто ни о чем другом и не думала, хотя до сих пор не бывала дома ни одного вечера. А ведь через шесть дней она уезжает! Эти ее каникулы оказались слишком быстротечными и заполненными другими людьми, но Хьюз все равно радовался, что она здесь. Одно то, что она снова живет в их апартаментах, что он видит ее каждое утро, согревало ему сердце.

Элоиза распахнула дверь, улыбнулась обоим, сказала «пока» Натали и исчезла.

У Хьюза сделался несчастный вид.

— Я ее почти не видел, — пожаловался он Натали, не сумевшей провести с Элоизой и пяти минут. Надежда, что они познакомятся поближе, испарилась окончательно.

— Как по-твоему, ты успеешь рассказать ей о нас до ее отъезда? — спросила Натали с несколько обеспокоенным видом. — Я чувствую себя в некотором смысле обманщицей из-за того, что она до сих пор не знает. Она такая важная часть твоей жизни, что заслуживает уважительного отношения. — «И я тоже», — подумала Натали, но вслух не произнесла. Ей казалось, что они обманывают его дочь, встречаясь украдкой, и это ее тревожило.

— Конечно, она имеет право обо всем узнать, — согласился Хьюз, до сих пор не представлявший, как Элоиза воспримет такую новость. С ее точки зрения, Натали была всего лишь дизайнером, работавшим на отель, и никем больше. Невозможно представить, что она почувствует, если узнает, что Натали стала так много значить для ее отца. — Но только обязательно нужно, чтобы разговор происходил не наспех, а в сочельник я ей об этом рассказать не могу. А меньше чем через неделю после него она уедет. — Это означало, что времени остается все меньше, и вряд ли Хьюз успеет успокоить дочь и дать ей возможность привыкнуть к этому известию. Все очень запуталось. — Я сделаю все, что смогу, — пообещал он, обнимая Натали, но он уже видел, что она разочарована.

— Конечно, все это очень непросто, потому что она учится далеко. Но мне кажется неправильным встречаться, ничего не сообщив ей. — Они начали спать вместе ко Дню благодарения, а встречались и вовсе начиная с сентября, а ведь уже Рождество. — Во всем этом есть что-то трусливое, и мне это не нравится. Может быть, тебе следует просто сказать ей, и пусть привыкает к этой мысли там, в школе.

— Этого я делать точно не буду, — твердо произнес Хьюз. — Все было бы по-другому, будь у меня в прошлом серьезные отношения с другой женщиной, но ты первая, и для нее это может стать потрясением.

Вот для него — точно.

— Наши отношения очень важны для меня, — печально произнесла Натали. — И я твердо верю, что нет ничего лучше правды. Мы любим друг друга. Это не преступление.

Но оба они понимали, что Элоиза может счесть это преступлением. Натали надеялась на лучшее, но слишком тесная связь Хьюза с дочерью делала ситуацию необычной и непредсказуемой.

— Позволь мне самому выбрать подходящее время до ее отъезда. Обещаю, что я это сделаю, — заверил ее Хьюз, и они попытались перевести разговор на другие темы. Вместо того чтобы спуститься вниз, Хьюз заказал ленч в апартаменты, чтобы побыть с Натали наедине, а потом поцеловал ее и вручил свой подарок. Она пришла от медальона в восторг и тут же его надела, горячо поблагодарив Хьюза. Она чувствовала себя виноватой из-за того, что завела речь об Элоизе, но ее расстраивала необходимость таиться от его дочери. Она хотела поступить честно, хотела подружиться с ней, а этого так и не произошло.