Шрифт:
«Свод потолка и холоден и крут…» [7]
7
Это стихотворение потом будет переделано и напечатано в 1973 г. в казахстанском журнале «Простор» в новой редакции.
В готическом соборе
Свод потолка, и холоден, и крут. Холсты картин, давным-давно поблёкших. И только той же райской радостью цветут Средневековые цветные стёкла. Заснул Адам под деревом в саду, Склонился змей и искушает Еву. И вот уже архангел, полный гнева, На землю гонит к бедам и труду, А грешников поджаривают бесы, Склонясь над яслями, мычат скоты… Вдруг с башенной, огромной высоты Поплыл удар, густой и полновесный. Перекрестилась женщина, солдаты… Века, века о том же! — о пощаде! И с тою же надеждою во взгляде, И так же исчезают без следа! А приходящих вновь встречают черти И каменного ангела рука. Какая это мутная тоска — Как унизительно искать бессмертья!«Предайся радости, а не печали…»
«Всё выпито. Последняя, пустая…»
«Жизнью мужественной, настоящей…»
«От загара и от ветра бурый…»
«Это было в сентябре, на хуторе…»
«Нам трудно жить с растерянным сознаньем…»
В.Мамченко [8]
8
Виктор Андреевич Мамченко (1901–1982), поэт, в 20-е гг. эмигрировал с русским флотом, как простой матрос, сначала в Тунис, потом переместился во Францию. Один из организаторов «Союза русских писателей и поэтов во Франции». С Ю.Софиевым его связывает многолетняя дружба (см. подробнее о нём в мемуарах «Разрозненные страницы»).
«Подозреваешь зависть. Нет, не это…»