– Вот, как я его украсила, объяснила Эли, указывая на различные рисунки на флаге.

– Вот логотип Шанель.

Это лягушка из манги, а это девушка, играющая в хоккей на траве.

Вам нравится этот узор от Луи Виттон?

– Этот флаг выглядит прямо, как сумочка , восхищалась Спенсер.

Ханна смотрела на них беспокойно.

Всё было перепутанно.

Всё происходило не так, как должно было быть.

А затем Эли шелкнула пальцами и старые друзья Ханны застыли.

Рука Арии висела неподвижно в воздухе, почти касаясь флага Эли.

Несколько прядей волос Эмили застыли, развивающимися на ветру.

У Спенсер было странное выражение на лице, что то среднее между гримассой и фальшивой улыбкой.

Ханна пошевелила пальцами.

Она была единственной, кто не был заморожен.

Она уставилась на Эли, её сердце бешено колотилось.

Эли сладко улыбнулась.

– Ты выглядишь намного лучше, Ханна.

– Полность восстановилась, да?

Ханна посмотрела на свои слишком узкие джинсы, и провела руками по своим мятым волосам.

Восстановление было не тем словом, которое бы она выбрала.

Похоже, что она не восстановится от лузера до звезды в ближайшие несколько лет.

Эли потрясла головой, замечая замешательство Ханны.

– После аварии, глупенькая.

Ты не помнишь как я была в госпитале?

– Госпитале?

Эли придвинула свое лицо ближе к Ханне.

Она говорят, люди всегда должны говорить с пациентами в коме.

Они могут слышать.

Ты меня слышала?

У Ханны закружилась голова.

Внезапно, она вновь оказалась в своей больничной палате в больнице Роузвуда, куда врачи положили её после автомобильной аварии.

Над её головой было круглое, яркое, флуоресцентное свечение.

Она могла слышать шум различных аппаратов, которые проводили мониторинг её жизненно важных функций и кормили её внутривенно.

В смутном состоянии между комой и сознанием, Ханна думала, что она видела кого то, нависшего над её кроватью.

Кого то, кто выглядел прямо как Эли.

– Всё в порядке, пропела девушка, её голос звучал прямо как у Эли.

– Я в порядке.

Ханна посмотрела на Эли.

– Это был сон.

Эли кокетливо подняла бровь, как бы спрашивая, был ли? Ханна взглянула на сових старых друзей.

Они по прежнему были неподвижны.

Она хотела, чтобы они наконец то разморозились - она чувствовала себя такой одинокой рядом с Эли, как если бы только они две остались во всем мире.

Эти помахала своим флагом для капсулы времени перед лицом Ханны.

– Видишь это? Тебе надо найти его, Ханна.

Ханна покачала головой.

– Эли, твой кусок потерян навсегда.

Помнишь?

– Нет нет, запротестовала Эли.

– Он всё ещё тут.

И если ты найдешь его, я расскажу тебе всё об этом.

Глаза Ханны расширились.

– Всё...о чём?

Эли приложила палец к губам.

– Их двое.

Она устрашающе хихикала.

– Их двое...что?

– Они знают всё.

Ханна моргнула.

– Ээ?Кто?

Эли закатила глаза.

– Ханна, ты такой тормоз.

Она уставилась прямо на неё.

– Иногда я не замечаю, что я пою.

Помнишь это?

– Что ты имешь в виду? спросила Ханна, отчаянно.

– Поешь...что?

– Соберись,Ханна.

Эли выглядела скучающей.

Она повернула голову к небу, задумавшись на минуту.

– Хорошо, как насчет того, чтобы ... пойти порыбачить?

– Пойти...порыбачить? повторила Ханна.

– Карточная игра?

Эли разочарованно хмыкнула.

– Нет.

Пойти порыбачить.

Она помахала своими руками, пытаясь заставить Ханну поймать их.

– Пойти порыбачить!

– Да о чём ты говоришь? Ханна отчаянно заплакала.

– ПОЙТИ ПОРЫБАЧИТЬ! закричала Эли.

– Пойти порыбачить! Пойти порыбачить! Она повторяла это снова и снова, как если бы это было единственное, что она могла сказать.

Затем она провела пальцами по щеке Ханны, и Ханна почувствовала, что её щека стала липкой и влажной.