— Нет, вряд ли, — сказала Джен. — Гордан устроила, чтобы Барбару взяли на работу, и всегда переживала, когда та делала какую-нибудь глупость. Они вместе работали над проектом и все последние месяцы постоянно ругались.

— Из-за чего?

— Точно не знаю. Они сами между собой разбирались.

— Что ж, хорошо. — Я потянулась за ящиком. — Вернусь к Квентину и начну просматривать вот это все. Поищу, нет ли еще чего полезного для нас.

Джен моргнула.

— Ты оставила его одного? Хотя сказала нам держаться вместе?

— Я оставила его в компании запертой двери, отделяющей его от всего остального холма, — ответила я с неожиданно тяжелым чувством. — Ключи у него есть, а мне было необходимо пойти немного поохотиться.

— Что ж, хотя бы не безрезультатно. — Джен подняла глаза к потолку. — Эйприл, не могла бы ты подойти сюда?

Воздух перед ней замерцал, и Эйприл появилась — выражение восторга делало ее лицо оживленным, реальным. Я смотрела на нее, вспоминая слова Гордан. Эйприл любит свою мать. Невозможно видеть их вместе и сомневаться в этом.

Джен опустила глаза и заулыбалась.

— Привет, милая. Надеюсь, я ни от чего тебя не оторвала?

— Ни от чего существенного, мама. Я могу оказать тебе какую-нибудь помощь?

— Да, будь добра. Помнишь Квентина?

Эйприл немедленно кивнула.

— Да. Он располагается на первом этаже в офисе А-3.

Я смотрела на нее с изумлением. Или она только что его навестила, или знает, где он, даже не задумываясь об этом. Если второе из двух, то убийства никак не могли быть совершены кем-либо извне — она бы засекла чужака прежде, чем он смог бы что-то сделать.

— Ты смотрела на нас, когда мы приехали сюда, верно? Это ведь ты была в лесу, — сказала я прежде, чем успела понять, что делаю.

— Да, — ответила Эйприл. — Я наблюдаю за всеми входами.

Точно. Если только убийца не был каким-то образом невидим для Эйприл, причем это был человек, а не что-то неодушевленное.

— Ты видела кого-нибудь странного, приходившего или уходившего незадолго до или после убийств?

— Только вас.

— Ясно. С тобой можно будет попозже поговорить?

Пока что мне надо было придумать, о чем конкретно ее спрашивать.

Эйприл тревожно покосилась на Джен.

— Мама?

— Делай, как говорит Тоби, милая, все в порядке. — Эйприл состроила несчастное лицо, и Джен улыбнулась. — Я знаю, что ты не хочешь. Вот что, давай я вечером приду к тебе, и мы вместе посмотрим кино у тебя в комнате, в реальном времени. Можно в обнимку.

— А попкорн будет?

— Попкорн и мультики.

— Принято, — сказала Эйприл и исчезла.

Джен устало улыбнулась мне.

— Обычно она смотрит кино непосредственно с файлового сервера, но будет смотреть медленно ради того, чтобы делать это в моей компании. — Она сняла очки и потерла глаза тыльной стороной ладони. — Материнство ужасно утомительно. О чем я только думала, когда заявляла, что могу, правя графством, усыновить ребенка? У меня, наверное, был приступ безумия.

— Джен…

— Все это — само по себе безумие. — Она, вздохнув, надела очки. — Извини за то, что мы так придуривались в день, когда вы приехали. Мы все уже давно на нервах.

— Это вы нас извините, — ответила я, с удивлением осознавая, что говорю искренне. — Мы делаем все, что можем.

— Я знаю. — На ее лице мелькнуло что-то похожее на злость. — Это почти иронично. То, что мы пытаемся здесь сделать… люди не должны умирать. Именно этого не должно быть ни в коем случае.

— А что вы пытаетесь здесь сделать?

— Ничего особенного. Разработать более мощные компьютеры. Провести в Летних Землях нормальную телефонную сеть. Спасти мир фейри. — Она неопределенно махнула рукой, словно отгоняя муху. — Обычная чепуха. Что планируешь на ближайшее время?