Кармен поежилась, испугавшись собственных мыслей: как могла она даже подумать о том, чтобы гулять где-то ночью, заглядывать в шумные и развеселые таверны!

Она снова повернулась к окну и, облокотившись на грубый деревянный подоконник, стала смотреть на огни домов, слабо пробивающиеся сквозь надвинувшуюся тьму. Некоторое время она стояла так, вглядываясь в сумерки.

Внизу по улице шли, пошатываясь пятеро мужчин. Один из них споткнулся и упал. Веселые собутыльники дружно подняли его. Обняв друг друга за плечи, они протопали дальше по улице, приветствуя широкополыми шляпами восходящую луну.

Кармен отвернулась, легкая улыбка скользнула по ее полным губам. Вот почему она никогда не решится выйти из дома без доньи Матильды. Мужчины… В этом пограничном городе мужчины были… — ну, просто дикарями. Да! Она увидела это собственными глазами. Они были неистовы, шумны и опасны. Она даже видела, как они приставали к женщинам на улице. Конечно, к нейникогда не приставали, благодаря ее дуэнье. А также благодаря ее хорошему воспитанию, которое никогда не позволит ей выйти ночью одной из гостиницы.

Мужчины уже прошли, их смех и выкрики постепенно отдалились и слились с музыкой и смехом посетителей таверны. Дверь открылась. Закрылась. Опять наступила ночная тишина.

Кармен снова облокотилась на подоконник и вздохнула. Она глядела на низко висящий над землей золотой полумесяц. Смотрит ли в этот час на луну Хуан Энрике Дельгадо? Конечно. Где-то в Санта Фе он, отобедав, встал из-за стола, подошел к открытой двери и именно в эту минуту любуется прекрасной луной, думая о своей невесте.

Кармен улыбнулась своим фантазиям. Конечно, она не знала, действительно ли Хуан сейчас любуется луной и мечтает о ней, но думать об этом было приятно. Она покачала головой, легкая улыбка скользнула по ее губам. Взгляд уловил какое-то движение в конце улицы, напротив таверны.

Солдаты, подумала она, заметив двух человек, привязывающих лошадей к коновязи. Возможно, из каравана отца Кристобаля. Она встретилась с добрым священником сразу после приема у алькальда. Отец Кристобаль понравился ей сразу, и еще больше после того, как с готовностью согласился включить ее в свой караван.

Кармен еще раз взглянула на солдат. Улица не казалась бы столь опасной, если бы за порядком следили такие мужчины. Они дисциплинированы и сопровождают доброго пастыря. Она уже видела несколько солдат из этого конвоя, когда они осматривали лошадей для каравана. Это были крепкие мужчины, вооруженные копьями, мечами и аркебузами. Она, разумеется, не подходила к ним близко, и с нею была донья Матильда.

Кармен бросила быстрый взгляд на спящую дуэнью, и вдруг шальная мысль пришла ей в голову. Что если…? Нет. Нельзя даже подумать об этом. Выбросив из головы сумасшедшую идею, она почти успокоилась и продолжала наблюдать за солдатами. Сейчас, с их присутствием, город Эль Пасо дель Норте казался более безопасным, чем в те прошлые дни, которые она провела здесь. А если он так безопасен,предположил коварный голосок в ее мозгу, почему бы и не рискнуть?

Никогда. Что бы сказала сестра Франциска? Или донья Матильда? Кармен решительно отбросила эти недостойные мысли и уставилась на луну. Хуан! — она должна думать только о Хуане Энрико Дельгадо, в нем смысл ее долгого путешествия. Но Хуан так далеко(опять этот голосок, такой жалобный сейчас!), а приключение так близко…

И девушка решилась. Без дальнейших размышлений она вскочила, схватила темную накидку и на цыпочках вышла из комнаты.

— Женщину, — пробормотал Мигель Бака, — хочу женщину.

Другой солдат, высокий и смуглый, только удивленно вскинул брови, взглянув на своего тщедушного приятеля. Мигель отличался от других солдат. В испанскую армию обычно не брали таких хрупких парней. Его тщедушность была наследием голодного беспризорного детства, которое он провел среди воров, попрошаек и прочего отребья города Мехико. Бездомный парень считал день, когда его забрали в солдаты (пятнадцати лет от роду), вторым счастливейшим днем своей жизни. Первым счастливейшим днем был тот, когда Ортенсия Амига, известнейшая в Мехико проститутка, пригласила его в свою постель — бесплатно.

— Пойдем в таверну. Я найду там какую-нибудь.

Его приятель только пожал плечами и последовал за ним.

Дверь таверны открылась, звуки музыки вырвались наружу, и яркий желтый свет озарил грубые лица обоих солдат. У Мигеля были черные испанские глаза, а у его товарища холодновато-голубые. Его лицо было коричневым от загара, а длинные, до плеч, черные волосы отливали синим блеском в ярком желтом свете таверны.

Бака направился к столу, за которым играли в карты трое солдат. Его спутник с холодным выражением лица последовал за ним. Сидевшие за столом дружно приветствовали Мигеля, сдержанно кивнули его товарищу. Оба вошедших сели.