– Адептка, будь любезна ответить на вопрос.

– Я… гуляла я… – не понимая сути допроса, нахмурилась еще больше.

– Весь день?

Взгляд исподлобья на настырного оборотня и молчаливый кивок вместо ответа. Неужели за мной вчера следили? Черт… Тогда понятно, отчего он такой… не в себе. А я ведь совсем это из виду упустила.

– А ночь?

– Внизу спала, с ребенком. У Анни была температура, так что я делала ей компрессы. Господин инквизитор, я не понима…

– Цыц, – резко прервал меня на полуслове оборотень и сурово припечатал: – Вопросы задаю я. Твое дело – отвечать.

– Ну, знаете! – Не удержавшись, вскинулась и, прищурив глаза, уперла кулачки в бедра. – Я что, подозреваемая?!! Я ничего не сделала! И не давала вам права обращаться со мной подобным образом!

– Все сказала? – Гневно полыхнув волчьими глазами, инквизитор облокотился о косяк и навис надо мной, как неминуемое возмездие.

Эх, а как он шикарен в своем суровом образе…

Взгляд непроизвольно прошелся по лицу и задержался на губах, затем скользнул на шею и после затормозил на широкой груди. Ниже я смотреть не решилась…

Моментально растеряв весь запал, невесело усмехнулась: такой близкий и такой недоступный.

– Да. Все. Я могу идти?

– Нет.

Подняв взгляд выше, чтобы с некоторым удивлением заглянуть в его глаза, поняла, что попала: инквизитор смотрел тем самым всепроникающим взглядом, собираясь считать мои воспоминания. Шаг назад, но… кривая усмешка, и он свободной рукой хватает меня за плечо.

– Далеко собралась?

– Не надо… – Голос получился жалобным, отчего я тут же поморщилась, но вырваться, увы, пока не могла.

– Надо. – Взгляд хищника, поймавшего жертву, и шаг ко мне. – Не хочешь говорить – узнаю сам.

Вторая рука придерживает лицо, а глаза приближаются и становятся просто огромными.

– А теперь расскажи мне…

А вот теперь я разозлилась. Ах, рассказать? Да не вопрос! Я тебе еще и покажу! Я тебе все покажу!!! В три секунды нарезав солянку из воспоминаний, буквально вывалила на него фрагменты вчерашнего дня. Вот я захожу в спальню к Винсу и обнаруживаю там постороннюю девку, вот я спускаюсь по лестнице и бреду куда глаза глядят, и вот я сижу на пристани, а затем прыгаю в реку. И все это сдобрено неслабой порцией горечи и отчаяния. Не моими, нет, но их несложно подделать…

Последним я показала то, как выбиралась из реки на песчаную косу. Уставшая и опустошенная. Пусть думает, что просто плавала. Пусть думает…

Все это у меня получилось уложить минуты в три воспоминаний, так что на последнем кадре, дернувшись, я зло выплюнула:

– Довольны?!

Немного отстраненный и рассредоточенный взгляд вместо ответа, а затем происходит невероятное: этот… этот блохастый рывком притягивает меня к себе и… обнимает.

Минута молчания, за которую я пытаюсь понять – какого лешего? А он просто молча стоит и обнимает.

– Ви? Что тут происходит? Господин инквизитор? – Винс, непонятно почему решивший подняться в такую рань, стал именно тем, кто разрушил все очарование момента. Я уже закрыла глаза и начала тихо млеть от близости горячего мужского тела, наплевав на все то, что меня останавливало раньше, а тут – он.

Тео же, после слов полурекша убрав руки и даже как-то неуловимо отодвинувшись, снова стал отстраненным и непостижимым господином инквизитором. Быстрый взгляд на меня, а затем, сурово прищурив глаза, на Винса. А мне же стало безумно интересно: вчерашняя девка в постели Винса – дело рук инквизитора или нет? Если нет, то… будет «ой».

Затянувшееся молчание начало давить, так что пришлось робко подать голос:

– Ну я пойду? Мне заниматься надо…

– Да. – Разрешение было произнесено словно нехотя, причем не сводя взгляда с напряженного Винса, а затем он перевел взгляд на меня и добавил: – Идем.

Одно-единственное слово, а мои брови непроизвольно поползли вверх. Это еще как понимать?

В итоге, пока я стояла и хлопала ресницами, инквизитор подхватил меня под локоток и, развернувшись – причем еще и не став прощаться с Винсом, – вышел на улицу, ведя меня так крепко, словно я не могла идти сама.

– Э… господин инквизитор? – Решив уточнить один момент, попыталась придать голосу побольше вопросительности. – Можно вопрос?

– Спрашивай. – Шагая по улице, причем абсолютно не глядя на меня, а как бы углубившись в себя, следователь кивнул.

– А мы куда идем?

– Ты завтракала?

– Нет, но…

– Значит, идем завтракать. – Неоспоримость его тона покоробила, так что я даже нахмурилась. Очередной самец… черт.

– Я не хочу. Я не завтракаю по утрам…

– Диета? – Косой взгляд на меня, следом на фигуру, и не менее уверенно: – Значит, поговорим, а чуть позже пообедаем. Но худеть тебе не стоит, нет смысла.