Хмыкнув в ответ на его последние слова, а в особенности отметив тот тон, с которым он их произнес, я цыкнула. Никакого уважения к личу, кстати.

– Фрэнки, только честно. Что можешь сказать по поводу моей структуры? Мне кажется, я что-то упускаю…

– Не считая того, что тебя только что зарезали? – Легкомысленный тон, но его взгляд серьезен и внимателен. – Знаешь, девочка, ты ведь и умирала неправильно… да и я не большой специалист в магии. Так что прости, но вопросы немного не по адресу. Да, мне кажется, ты действительно лич и твоя сила осталась с тобой. Мало того – она стала намного более концентрированной, и это вижу даже я. Но вот тому, что твоя аура гораздо живее, чем бывает у немертвых, этому я объяснения найти не могу.

– Но я лич?

– Да. Может… – Чуть замявшись, призрак подлетел ближе и начал всматриваться вглубь меня. – Слушай, если существуют полудриады, почему бы не появиться полуличу? Черт, звучит безумно, но…

– Ладно, вижу, что ты ничего нового мне не скажешь. – Отмахнувшись от его дикого предположения, хотя оно было весьма созвучно с моими собственными мыслями, прикинула, что лишнего времени на неторопливые и вдумчивые дискуссии именно сейчас у меня нет. Пора за работу. – Фрэнки, я сейчас заряжу серию фантомов на ночь, а часика через два вернусь, и начнем внедрение. Так что без глупостей. Понял?

– Как скажете, моя госпожа. – Решив немного спаясничать, призрак изящно поклонился и даже умудрился облобызать мою руку. – Вы моя прекрасная леди и ваше слово для меня – закон!

– Шут… – фыркнула я, хотя от его слов стало капельку веселее, и стряхнула с руки призрачные слюни, а после отправилась создавать фантомы. Серию с временным интервалом сотворить не слишком сложно, были бы силы. А их у меня с каждым днем все больше, так что… вперед и с песней!

Ночка вышла насыщенной – мало того что фантомов настрогала от души, так еще и Фрэнка на новое местожительства определила. Бандита звали Винсент, и он действительно оказался не последним полукровкой в теневом сообществе нашей столицы, мало того – бастардом одного высокопоставленного нелюдя в Совете. Да, как ни странно, но он был полукровкой. И почему я не заметила сразу? Впрочем, рекши в своей человеческой ипостаси мало отличимы от людей, а с учетом того, что Винс нечистокровный рекш, то в принципе ничего удивительного. Попутно выяснили, что от отца-рекша ему достались такие способности, как ночное видение и быстрота реакции, а также чуткий слух, обоняние, ну и, конечно, склонность к авантюрам и экстриму. Чистокровные рекши имели хвост и в боевой ипостаси покрывались чешуей, но полукровкам подобный тюнинг доставался редко. Так и Винс оказался этим обделен – ни хвоста, ни чешуи, лишь зрачки, сейчас вытянутые в ниточку, и змеиной расцветки радужка глаз – желто-зеленая.

– Фрэнки? – Пощелкав пальцами перед его глазами, добилась с трудом сконцентрированного взгляда. – Слышишь?

– Дэ-о-а… – Справившись с неподатливыми губами, мужчина сморгнул несколько раз, сконцентрировал внимание на мне и повторил: – Да.

– Отдыхай и обживайся. Вечером приду, принесу перекусить и проверю, как ты. Да?

– Да.

– Вот и славно…

До утра оставалось не так много времени, так что стоило поторопиться – мне еще в таверну возвращаться и делать вид, будто бы я всю ночь сладко проспала в своей кровати. Как же это полезно – отсутствие необходимости во сне! Так много всего успеваю… Жаль, не все из запланированного. Хотя, чем больше имеешь, тем больше хочется… Эх, сплавлю Виону и хоть немного руки развяжутся.

Снова накинула на себя морок молодого парня и, осмотревшись на предмет посторонних, заторопилась в таверну «Живучий хомяк». Забавное название… Интересно, хомяк действительно был живучим? Или с нашего потока кто-то постарался?

– Виона, подъем. – Охранка на двери стояла не потревоженная, так что беспокоиться было не о чем. Я зашла в комнату и, вернув себе внешность серой мышки, не дотрагиваясь до девушки, разбудила ее.

– Мм…

– Просыпайся, мне пора.

– Уже? – Сладко потянувшись, Виона-Ингрид приоткрыла глаз и нашла меня взглядом.

– Да, мне еще в Академию. Как ни странно, но дел по горло.

Проверив самочувствие одержимой и выдав последние инструкции, я удостоверилась, что мы поняли друг друга правильно: она определяет девушку в надежные руки Курта и не позднее чем через месяц добровольно покидает тело, предварительно заблокировав все лишние воспоминания. В итоге когда настоящая Виона придет в себя, то о произошедшем будет вспоминать, как о мутном сне, а затем и это немногое потихоньку забудет. Не думаю, что девчонка стушуется и не поймет, что парень – идеальный для нее вариант. Молод, симпатичен, богат, при влиятельном отце… В этих делах девчонка далеко не блондинка. Как я поняла, она и в Академию поступила, дабы женишка поперспективнее подцепить. Сама из городка в паре суток езды, но гонору… В целом я не прогадала.

– Ну все, прощаться не будем, через месяц свидимся, – улыбнулась я на прощанье.

– Спасибо, Ви.

Расчувствовавшись снова, Ингрид полезла обниматься, и я решила, что пару мгновений потерплю – призрак мне еще пригодится, и разбрасываться подобными ценными кадрами мне не с руки.

– Все, до встречи.

Выйдя из таверны, пару мгновений постояла на пороге. Что ж, с этим, пожалуй, все. Теперь переходим к следующему пункту. А именно: розыску своего куратора и выяснению, кому мне сдавать рунологию. Кстати, стоит поинтересоваться, что там с незадачливым полуэльфом? Жив, нет? Лучше бы, конечно, нет, но думаю, господин инквизитор быстро просек ситуацию – в этом они профи. Так что наверняка обессилен, но жив. Ну да ладно, если будет мешать, придумаю что-нибудь другое.

– Девочки, привет. – Натянув на лицо улыбку еще на подходе к Академии, в свою комнату я зашла уверенно и, естественно, без стука.

Однокурсницы уже не спали и вовсю обсуждали, чем займутся на каникулах. Их нам отмерили аж целую неделю, два дня из которых уже прошли.

– Привет… – Амелия, не разглядев на моем лице ни тени сожаления о моей «развратной», как они наверняка думали, ночи, осуждающе поджала губы. – Ты… как его зовут-то, хоть спросила?

Мысленно хмыкнув, посмотрела на нее, как на маленькую. Амелия покраснела, а мне стало грустно. Они и есть маленькие, это мне уже больше трехсот.