– И эта рептилия при регалиях – твой генерал? – хмыкнул Нарк, глядя на генерала, донельзя удивленного тем, что Варьку (почему-то) еще не убили.

– Вот именно, – вздохнула Варька. – А мне нет чтоб на шею какой-нибудь Ричард Блейд свалился с мечом в правой руке и автоматом Калашникова в левой… На меня обязательно ты должен был свалиться. В семейных трусах.

– Ты лучше слушай, какую свежесмороженную глупость выдает твой генерал.

– А чего слушать? Я и так знаю, что он будет ратовать за твою казнь руками, ногами и животом. Ты погоди, вот сейчас он окончательно углупится в свои мысли и тогда такое выдаст…

Они слушали генерала еще минут несколько, и наконец Варька не выдержала.

– Этот человек, – ткнула она пальцем в Нарка, – мой специальный шпион. – Нарк удивился. – Я дала ему задание выяснить, как меня охраняют. – Нарк удивился еще больше. – Теперь я точно знаю, что не могу на вас надеяться. Вы отвратительно организовали войско. – Варька торжествующе улыбнулась и, глядя на генерала, выдала: – Вы уволены.

Генерал четыре раза открыл рот, пытаясь что-то сказать, а затем упал в обморок.

– Вот что значит военный, – пробормотал Нарк. – Как упал красиво. Прямо параллельно земле.

– Сколько годовых колец, а пень пнем, – махнула рукой Варька. – Даже армию не догадался против меня настроить.

– Ну, это, я бы сказал, тебе очень повезло, – хмыкнул Нарк, и Варька с ним согласилась.

– Ты мне вчера на ночь сказку не рассказала, – сунул голову в палатку дракон.

Нарк на всякий случай подобрал под себя ноги.

– Какая сказка, Кеша, до того ли мне было? – сквасилась Варька. – Ты что, не видел, что здесь вчера творилось? Охранники носились, как чижики угорелые, дабы обезопасить мой отдых. Когда они успокоились, ты уже десятый сон видел.

– А можно мне сейчас сказку? – Дракон умоляюще заглянул в глаза Варьке, и она не смогла отказаться.

– Ладно…

Жила-была одна старуха. Вооружилась она однажды автоматом Калашникова, захватила в заложницы дочь миллионера, взяла ее за жабры и ласково так сказала: «Ты, – говорит, – моя золотая рыбка». Ну и послала старика пинком выкуп за эту девицу требовать. Папа-миллионер виллу им купил, старухе лично стиральную машинку презентовал, но тут старуха захотела замуж за него выйти. Взглянул на нее миллионер и пошел жаловаться в милицию. И оказалась старуха без хаты, без тачки и без денег. На нарах. Мораль: жадничать меньше надо было!

Решили три царевича жениться. Двое фотомоделей себе нашли, а третий такое, что без слез не взглянешь, – ну жаба жабой. А тут их отец-царь бал устроил. Эта жаба как оделась получше, да как накрасилась поярче и такая красотка стала – модели отдыхают просто. Ну ее Кощей на 600-м «мерсе» и увез. Муж, конечно, разборку устроил, и Кощея замочил, но жене сказал, чтоб больше не выпендривалась. «Некрасивая, – говорит, – ты мне дешевле обходишься».

Жили-были Алена с Ваней. Говорила брату Алена: «Не пей, Ваня, козленочком станешь». «Имидж – ничто, жажда – все», – отвечал Ваня и продолжал пить. Ну и стал козлом последним. Алена от такого брата замуж за банкира пошла. Но Ваня и тут пристроился. Начал их деньги пропивать. И решил тогда банкир киллера нанять. Ваню замочить. Пришлось Ване с пьянкой завязывать. Мораль: пьянству – бой!

К концу последней сказки Нарк от хохота скрючился пополам. Похоже, с чувством юмора у парня было все в порядке. Кеша косился на него с недоумением, а Варька от души порадовалась тому, что для нее наконец нашелся собрат по разуму. Должен же быть в ее окружении хотя бы один нормальный человек!

Варьке нужен был друг. Очень. Она даже сама не представляла насколько, пока не приобрела Нарка. Ежедневное общение, приколы, воспоминания… Варька больше не чувствовала себя одинокой. Конечно, ей не понадобилось много времени, чтобы выяснить, что путного генерала из Нарка не выйдет. Но Нарк умело скрывал это от Руальда и Дмитрия. И по крайней мере привнес в войско дух патриотического наплевательства на гоблинов.

Наверное, Варьке просто было забавно посмотреть со стороны на себя, впервые попавшую в данный бардачный мир. Нарка, так же как и Варьку, бесила средневековая одежда (он долго вопил, что он не гомик, чтобы лосины носить, и предпочел рыцарский наряд воинов Руальда). Он искренне возненавидел средневековое бритье и периодически начинал отпускать бороду. Нарк клеил всех служанок подряд и потом искренне недоумевал, почему он должен на них жениться. Он достал весь замок, испытывая, не могут ли стать заменой гитаре выцыганенные у кого-то из подданных Дмитрия гусли. Нарк совершенно не желал подделываться под окружающий его мир, напевая песнюшки исключительно панковского репертуара, обучая попавшихся ему под руку слуг сленгу и периодически доставая местных портных просьбой изобрести ему джинсы. Он настолько сдружился с Руальдом Залесским и князем Дмитрием в ожидании сражения с гоблинами, что стал даже немного собранней и серьезней. Варька общалась с ним, они флиртовали, но как-то никак не могли переступить сложившихся сразу дружеских отношений. Может, так оно было и надо, а может – просто не пришло время. Нарк любил кураж, словоблудие и свое положение. Ему искренне нравилась Варька, и он вполне был готов защищать ее интересы. Варьке тоже нравился Нарк. Он был каким-то до такой степени в доску своим, что им даже не пришлось притираться и привыкать друг к другу. Может, так получилось потому, что они оба были из другого измерения. Им было о чем поговорить, о чем вспомнить, они одинаково реагировали на окружавшую их действительность и одинаково мало ее понимали. Их обоих раздражал нудный и не всегда понятный средневековый этикет, им обоим не хватало привычных благ цивилизации, и вообще они просто сдружились, как два человека, попавших в одинаково неприятную ситуацию и желающих из нее выбраться. Да, Варька вполне могла оценить все достоинства и недостатки Нарка, но ее мало интересовали такие мелочи. Главное – немного взбалмошный, не всегда обязательный, вечно страдающий по поводу потерянной гитары Нарк всегда был рядом и даже стал кем-то вроде телохранителя графини. Правда, в один далеко не прекрасный день сохранить он ее тело так и не смог. Наверное, это была судьба.

Погода не оправдала возложенных на нее прогнозов. Шел дождь. Хотя Варьке это было сугубо фиолетово. Она сидела на постели, скрестив по-турецки ноги, и мучительно думала о том, что же ей делать дальше. Ну какой черт дернул ее тащиться гулять по берегу? Вот всегда так. Только начинаешь привыкать к хорошей графской жизни, как тебя похищают пираты. Это надо же – пираты! Просто бред собачий какой-то. Интересно, кто еще водится в этом дурацком мире? А еще интересней – что именно, кроме рожек и ножек, оставят от нее пираты на память ее подданным.