Самое обидное состояло в том, что столь значительные затраты оказались почти бесполезными. В 1930 году по новому морскому соглашению «Юта» и «Флорида» были выведены из строя (правда,первый из них сохранили в качестве корабля-цели). Аналогичная судьба постигла «Вайоминг», ставший в 1931 году учебным кораблем. Оставшиеся два «Техаса» имели обычные паровые машины и замедляли походную скорость флота до 14-15 узлов. Неудивительно, что они вместе с «Арканзасом» к моменту нападения японцев уже не входили в первую линию, что уберегло их от катастрофы в Перл- Харборе. Они остались на Атлантическом океане и в 1944 году даже участвовали в артиллерийском прикрытии вторжения в Нормандию.

Следующими на очереди стояли 7 более новых линкоров типа «Невада», «Пенсильвания» и «Нью-Мексико», модернизированные уже в начале 30-х годов. Все, кроме «Оклахомы», получили новые машинные установки, причем три корабля типа «Нью-Мексико» стали самыми скоростными единицами боевой линии: они могли развивать 22 узла – на полтора-два узла больше остальных, сильно перетяжеленных линкоров. На главную броневую палубу дополнительно настелили 51-31 мм брони. Трехслойная противоторпедная защита также соответствовала современным требованиям. Кроме того, сильно изменился и внешний вид: корабли обросли надстройками и мостиками, а модернизированные последними «Нью-Мексико», раньше очень похожие на своих предшественников, стали просто неузнаваемыми. На них за передними орудийными установками вместо боевой рубки появилась башнеподобная надстройка, в которой сосредотачивались все органы управления кораблем и его вооружением.

Линкор "Бархэм" после модернизации. 1938г.

"Октябрьская революция" – бывший дредноут "Гангут", 1934 г.

Все американские дредноуты в подводной части оборудовались булями. Это английское изобретение могло сослужить двойную службу: с одной стороны, оно обеспечивало противоторпедную защиту, с другой – «поднимало» корабль из воды, уменьшая тем самым влияние неизбежной перегрузки и увеличивая высоту выступающего из воды броневого пояса. В результате максимальная ширина корпуса превысила 30 м даже на самых старых линейных кораблях из числа переоборудованных.

После завершения работ на «великолепной семерке» встал вопрос о модернизации ожидавших своей очереди пяти самых последних и наиболее современных линкорах – двух типа «Калифорния» и трех типа «Мэриленд». Сроки их переделки неоднократно переносились. Причинами становилась то «великая депрессия»начала 30-х годов, то очередное обострение международной обстановки, диктовавшее необходимость держать сильнейшие корабли в строю. В итоге сколь- нибудь капитальные изменения постигли только «Колорадо» и «Мэриленд». Более радикальная переделка ждала американские дредноуты в ходе Второй мировой войны, но об этом мы расскажем чуть позже.

Экономическое положение Советской России после гражданской войны было столь плачевным, что о достройке наиболее совершенных русских дредноутов не могло быть и речи. В результате Красному флоту пришлось довольствоваться лишь четырьмя линкорами типа «Севастополь», из которых выгоревшая в 1919 году «Полтава» практически не подлежала восстановлению. 31 марта 1921 года на общем собрании матросов «Севастополь» постановили переименовать в «Парижскую коммуну», а «Петропавловск» – в «Марат». Четыре года спустя новое название получил и «Гангут», ставший «Октябрьской революцией».

Разумеется, в 20-е годы балтийские дредноуты первого поколения по всем элементам катастрофически отставали от своих зарубежных собратьев. Поэтому необычайно остро встал вопрос об их скорейшей модернизации.

Линейный корабль «Парижская коммуна». СССР, 1914/1938 г.

Водоизмещение полное 27100 т, длина наибольшая 184,5 м, ширина 26,3м, осадка 9,5 м. Мощность турбин 61 000 л.с., скорость 22 уз. Броня: пояс до 225мм, башни 203-152мм, палубы 38 + 75+25мм, рубка до 250мм. Вооружение: 12 305-мм и 16 120мм орудий, по 6 76-мм и 45-мм зенитных пушек Внешний вид корабля и его ТТХ приведены по состоянию на 1938 г.

Носовая башня и надстройка линкора "Марат", 1930-е гг.

Начали с «Марата». В 1928-1931 годах на линкоре полностью заменили котлы (вместо 25 со смешанным угольно-нефтяным отоплением установили 22 чисто нефтяных), сняли не оправдавшие себя турбины крейсерского хода, усовершенствовали системы связи и навигации, заменили дизель-генераторы,котельные вентиляторы и другие вспомогательные механизмы. С целью повышения мореходности корпус оснастили носовой наделкой с закрытым полубаком. Установка новых систем управления огнем потребовала существенной переделки носовой надстройки и замены простой фок- мачты на башнеподобную, внутри которой, кстати, разместили лифт. А чтобы дым не мешал командно-дальномерным постам, пришлось изменить форму носовой трубы, отведя дымоход назад. Все это, конечно, улучшило характеристики линкора, однако его вооружение и защита остались прежними. И даже такой факт, что на испытаниях 1931 года «Марат» развил очень приличную скорость в 23,8 узла, никак не мог компенсировать безусловную слабость бронирования.

На модернизировавшейся вслед «Октябрьской революции» котлы также заменили на нефтяные – на сей раз всего лишь на 12 штук, но более производительных, построенных еще для «Измаила» (все-таки задел по русским линейным крейсерам не пропал даром!). Боевую рубку сделали двухъярусной, для чего поверх собственной смонтировали вторую, снятую с «Полтавы». Конструкцию башнеподобной мачты изменили, поскольку выяснилось, что на «Марате» она сильно подвержена вибрации. Поэтому мачта стала не цилиндрической, а конической с гораздо большей площадью опоры.