— Ну, если в нижний, — задумчиво протянул он и решился, — ладно, крюк небольшой будет. Полетаем, красавица?

Ксении как-то не по себе стало от внезапно преобразившегося возницы. Весь полет он вел себя весьма странно, то подмигивал, то криво улыбался, и девушку передергивало от этого странного превращения серьезного дядьки в шутовское подобие. Сходство добавляли составленный из цветных полосок костюм и такая же яркая шляпа.

Она вздохнула с огромным облегчением, когда гондола пристыковалась к платформе порта. А вот следующая фраза возницы повергла ее в замешательство: «Оплата по долгу, или по желанию?» И главное — так хитро смотрит, зараза. А она сегодня слишком устала, чтобы разгадывать такие загадки.

Спасительная мысль о кулоне пришла вовремя. Ксения приподняла камешек и выставила его щитом между собой и возницей. Уф, похоже, сработало. Мужчина поскучнел, как-то презрительно на нее глянул и кивнул: «Зачтено».

С огромным облегчением девушка покинула сумасшедшего возницу. Странные они какие-то. Теперь оставалось самое сложное — найти нужный ей корабль.

Ксения неторопливо прохаживалась по набережной, любуясь силуэтами кораблей, висящими над туманным барьером. Конечно, земные парусники выглядели поизящнее за счет расположенных на палубе нескольких мачт, одетых в паруса. Здесь же на палубе присутствовала только одна мачта, на верхушке которой располагалось место для наблюдателя. Парусов не предусматривалось как таковых, зато уж в украшениях воздушные не стеснялись. Многочисленные шары разных расцветок и размеров освещали палубу, висели гроздьями на мачте, складывались в фантастические фигуры на носу и корме, и просто фланировали вдоль борта. Днем они окрашивались в клановые цвета, а вечером сияли новогодними гирляндами.

Внезапно зазевавшуюся девушку (все-таки рассматривать высоко висящие корабли, задрав вверх голову, не очень удобно) сильно толкнули, и Ксения отправилась в не очень приятный полет, на мостовую.

— Смотреть надо, куда идешь, — нахамил ей скрипучий голос.

— Сам смотри, — парировала Ксения, поднимаясь с мостовой и потирая ушибленное место. Хамства она никогда не любила. Когда же ее взгляд не смог обнаружить искомого наглеца, она замерла в недоумении.

— Ох, простите моего сына, Фэр-Леди, — раздавшийся снизу голос, заставил Ксению опустить вниз глаза, — он впервые в едином городе, не привык еще к такому количеству народа.

Ксения в немом изумлении рассматривала две низкорослые фигурки с абсолютно лысыми головами, одетые в длинные зеленые балахоны.

Огромные, на пол-лица глаза переливались всеми оттенками зеленого цвета, в глубине зрачков гасли и вспыхивали яркие искры, и девушка замерла, загипнотизированная взглядом коротышки. За этими глазами становились незаметными лопоухие, оттопыренные уши, маленький, еле выступающий, нос и большой лягушачий рот. Весь их несуразный облик искупался огромной вселенной, скрытой в бездонных глазах уродцев. И Ксения тонула в ней, уже не понимая, кто она, где и зачем ей нужно было куда-то идти. Тепло, счастье и защиту обещал ей зеленый свет, и она шла по зеленому лучу к манящему ее проходу в идеальный мир собственных грез.

Вот только идиллия была внезапно нарушена. Ксению грубо выдернули из зеленого мира, и она снова очутилась на набережной Лунного города.

— Так, так, — незнакомый голос сочился ядом, — и что же у нас тут. Нападение на Фер-Леди правящего дома, попытка подчинения. Что же вы так обнаглели, уважаемые лэрсы, давно у стражей не гостили? Так сейчас мы это быстро исправим.

— Не стоит, уважаемый Фэр-Лорд, мы готовы искупить свою вину здесь и сейчас. Что предпочитает почтенный воздушный: камень забвения, капли-мост в страну грез или долг нашего народа?

— Воздушный предпочитает долг вашего презренного народа и ваше исчезновение из города до исхода этой луны с неба, — сурово ответил незнакомец. В его пальцах мелькнул зеленый огонек, ответно вспыхнул такой же в глазах обоих коротышек и все трое раскланялись, удовлетворенные сделкой.

Как уродцы исчезли, Ксения даже не успела заметить. Через один удар сердца она осталась один на один со своим спасителем. Тот был закутан в скрывающий фигуру темно-серый плащ, а капюшон, надвинутый на голову, также оставлял черты его лица в тайне.

— Позвольте мне немного нарушить приличия и остаться сегодня незнакомцем для Фэр-Леди, — галантно поклонился мужчина, пряча в уголках губ усмешку, — но, простите мне мое любопытство, что же вы забыли в этой части города в столь позднее время. Поверьте, это не самый лучший способ времяпрепровождения для столь юной воздушной.

Снова поклон, протянутая к девушке рука, обещающая опору и защиту от страшной оборотной стороны города. Ксению запоздало начало потряхивать от пережитого страха.

— Кто это был, — голос, почему то совсем не хотел ее слушаться.

— Лэрсы — очень опасные друзья, особенно для юных, неокрепших душ. Их они уводят в миры грез, а взамен бедняги превращаются в послушных рабов. Счастье, что лэрсы так тщедушны телом, и справиться с ними не составит труда даже подростку. Главное — не смотреть им в глаза.

Они шли по мостовой рука об руку, как влюбленная, правда, очень странная пара. Она — служанка Императорского дома, он, судя по дорогой ткани плаща, — явно Лорд не из бедного клана. Редкие встречные провожали их удивленными взглядами, но, натолкнувшись на стальной блеск мужских глаз, торопились свернуть с их пути.