— Ух ты! — только и смог выдохнуть я.

— Вот, мы тут тоже сначала так же думали. Вирус, к примеру, по типу гриппа или чумы. Но всё оказалось намного сложнее.

Док проделал быструю манипуляцию с монитором, в результате мы с Веллером увидели третью картинку. Отличалась она от предыдущих тем, что всё здесь было заполонено «живыми» нанитами. Получалось, что первая картинка, показанная мне Веллером, являлась переходной между второй и вот этой.

— Прошу учесть, что это изображение — предположительное, — продолжил док. — Если бы мы могли получить образцы, что неизвестные успели перехватить, можно было бы сказать точнее. Впрочем, у нас ещё есть шанс узнать, что к чему.

— На меня намекаете, док? — я ещё больше нахмурился. Мягкое место подсказывало, что влипаю в эту историю крепко, причем не с той стороны, с которой хотелось бы.

— Вам, капитан Хаппельмайер, я бы посоветовал в ближайшее время находиться в лаборатории, под наблюдением. Потому что в вас находятся два вида нанитов.

— Два? — брови снова взлетели вверх. — Как два?

— Первый вид похож на тех, что вам показывал товарищ Веллер. Пирамидки со скошенными углами. Второй вид — такие же, но с небольшим отличием.

На экране появилсь другие картинки. Два нанита, с первого взгляда — одинаковые.

— Вот эти, — док указал на правую картинку, — наниты капитана Винсент. Вот эти, — левая картинка, — те, что в вас ввело то существо, с которым вы имели непосредственный контакт.

— Не вижу разницы.

На самом деле, так и было. Абсолютное сходство.

— Различие есть. Еле заметное, даже при таком увеличении. Обратите внимание на скосы вершин.

Мы с Веллером присмотрелись внимательнее. Оказалось, что док прав. В пирамидке от Марго выемки на вершинках идеальные, в пирамидке де от Пикарда внутри выемки обнаружился полукруглый выступ. Он был похож на опухоль и его можно было бы идентифицировать именно таким образом, если бы сферки не находились на каждой вершине.

— Хорошо, — протянул я, — то существо ввело в меня часть своих нанитов. Он сказал, что это что-то вроде маяка.

— Это так. То, что обнаружилось в ваших анализах, не репродуцируется.

— Не понял.

— Не размножается, Крис, расслабься, — хлопнул меня по плечу Веллер.

— Ничего себе, расслабься! — Я чуть было не вышел из себя. — Эта гадость во мне сидит, между прочим, а не в вас!

— Но она не размножается, Крис! Это маяк, всего лишь. Та штука будет знать, где тебя искать, в случае чего.

— Да, эти наниты не активны, — подтвердил док. — Так же, как и другие.

— Которые от Марго? — в моём голосе появилась обречённость.

— Да. Их тоже мало и они неактивны.

— Что, впрочем, меня не успокаивает. Это сейчас они неактивны. А через полчаса будут активны и начнут размножаться. И в кого я тогда превращусь? А если начнут драться?

Я аж вспотел, представив, как это всё будет выглядеть и поплохело мне основательно. Да разорвёт же на части!

На некоторое время в лаборатории установилась тишина. Стало настолько тихо… Когда-то в таком случае говорили, мол, коп родился. Не знаю, шутка то или нет. Как же я понимаю Марго. Сейчас бы самому исчезнуть куда-нибудь, желательно от Дакетта подальше. Залечь, переждать, глядишь, пронесёт.

— Вы говорили, — наконец, подал я голос, ибо в тишине находиться, не выяснив всё до конца, оказалось ещё хуже, — что эти наниты — живые.

— Да, кстати! — встрепенулся Борс. — Это же самое удивительное, а мы пропустили сей аспект из внимания. В отличие от классических нанитов, то есть искусственно сделанных роботов, ваши наниты были выращены. То есть каждый из них является отдельным живым существом.

— Только этого не хватало, — вздохнул я. Возмущаться уже не было сил. Да и смысла тоже. — Я бы стерпел роботов, но живые существа…

— В основе наших экземпляров, господа, — доку только лекции читать, такой вид он принял, продолжая речь, не заметив моего бурчания, — лежит органика. Несмотря на то, что размерами наниты не превосходят обычной органической клетки, как вы заметили, структура их намного сложнее. Я бы сказал, что это миниатюрный многоклеточный организм…

— Док, извините, но клетка — самая мелкая часть любого организма, — прервал я.

— Не совсем. Это простейший организм, но состоит клетка из множества других элементов. Мне бы не хотелось читать элементарную лекцию, молодые люди.

— Хорошо. Так что же с нашими нанитами?

— Да. Так вот. Структура нанита, по предварительным исследованиям более сложна. Тут, конечно, не помешал бы мощный микроскоп, чтобы до конца разобраться во всём, — Борс совсем не по доковски посрёб щетину на шее. — Но пока мы имеем то, что имеем. Всё остальное — на уровне гипотезы. Скорее всего, триллионы этих мелких организмов существуют в так называемых колониях и имеют общий разум. Как колония муравьёв с Земли, или пчёл, гастусов с Фронтира или печенегов с Каприки.