Шрифт:
– Я классный график, – усмехнулся Артур, подливая себе еще вина, – и идеи у меня нестандартные.
– И почему же этот классный график с нестандартными идеями полтора месяца не может сделать какой-то паршивый логотип?
– У меня опухоль мозга, это достаточное объяснение?
– Да откуда ты взял эту дурацкую опухоль?
– Ну, я не знаю, откуда она берется…
– Артур, – едва сдерживаясь, Олег выпил минеральной воды, – ты что, был у врача? Тебе поставили диагноз?
– Нет.
– Ну, так какого ж черта?
– А как объяснить то, что со мной происходит? Ты можешь?
– Ты ничего не пил перед метро?
– Нет.
– Наркотики принимать не начал?
– Нет.
Олег отодвинул блюдо с рыбой, закурил, потер глаза, надел очки и вздохнул.
– Надо проконсультироваться со специалистом, – пробормотал Олег. Артур смотрел на него с живейшим, чуть диковатым интересом в глазах. После слов Олега интерес погас.
– Ты есть-то будешь? – голос Артура прозвучал сухо.
– Да.
Пока Олег поедал остывшую рыбу, Артур молча втыкал зубочистки в оплывший свечной воск. Ел Олег аккуратно, сосредоточенно, не глядя на Артура.
– Ты сейчас куда поедешь? – нарушил молчание Артур.
– Домой.
– Можно я к тебе?
– Как хочешь.
– Боишься, что твоей казашке не понравится мой визит?
– Она не казашка.
– Ой, прости, я не силен в таких тонкостях. Так мы поедем, или я не смею показаться твоей рыбке на глаза?
– Поедем, поедем, только дай мне спокойно поесть.
Артур взял со стола листок с рисунком, аккуратно сложил его и убрал в сигаретную пачку. Олег доел, расплатился, и они вышли из ресторана. Артур так и не понял, с какой стати он назывался «Монте Кристо».
Всю дорогу ехали молча. Олег излишне сосредоточенно следил за дорогой, а Артур дремал – после такого количества вина в сон клонило неудержимо. Больше всего на свете Артуру хотелось только одного – залезть в душ, а после, вытянувшись на уютном диване на просторной кухне-гостиной Олега, сонно щурясь в экран телевизора, уснуть часов на пять. Это помещение, которое только с большой натяжкой можно было назвать «кухней», было излюбленным местом Артура, здесь и только здесь он мог чувствовать себя дома. Они дружили практически с детства и, после смерти родителей Артура, Олег заменил ему семью.
– Проснись, приехали.
С трудом приоткрыв отяжелевшие от винного сна веки, Артур вылез из машины и, продолжая дремать на ходу, побрел к единственному в доме подъезду.
Переступив порог квартиры, он сразу же направился к излюбленному диванчику, но Олег заставил сначала переодеться в домашние шорты и майку, а только потом отпустил приятеля. Артур пополз до дивана, рухнул и мгновенно отключился, не найдя в себе сил включить уютную, миниатюрную белую видеодвойку, совенком пристроившуюся на кронштейне.
Олег накрыл Артура хрустящей простыней, отнес брюки с рубашкой в комнату и убрал в зеркальный шкаф-купе. Потом снял свой пиджак и убрал туда же.
На автоответчике было с десяток сообщений, в основном деловых, и парочка от бывшей супруги. Как только раздался ее резкий голос, Олег поморщился, ослабляя узел галстука. Эта женщина опять что-то требовала…
– Привет, – из своей комнаты неслышно вышла Лиля в длинном шелковом халате, – ты сегодня рано.
– Да, так получилось, забрал Артура, ему что-то не здоровится.
– Он у нас? А что с ним?
– Пока не знаю.
Олег переоделся в светлый легкий спортивный костюм. Женский голос на автоответчике продолжал сыпать угрозами.
– Я не поднимала трубку… как ты и просил.
– Правильно, – вздохнул Олег, тяжело опускаясь в кресло. Лиля примостилась на подлокотнике. Ее миниатюрная, худенькая, почти мальчишеская фигурка, казалась невесомой. – Устал я чего-то.
– Может, поешь?
– Да нет, не голодный. Ты не ходи на кухню, там Артур спит.
– А он к нам надолго?
– Не знаю, видно будет. С ним что-то происходит, не понимаю, что именно.
– Расскажешь?
– Как-нибудь после. Я бы коньяка выпил.
– Сейчас принесу.
Лиля соскользнула с подлокотника и подошла к небольшому бару. Налив коньяка, она хотела сходить на кухню за лимоном, но Олег отказался, напомнив об Артуре.
Выпив, Олег расслабился и решил рассказать Лиле о произошедшем. Она слушала неторопливую, расслабленную речь уставшего Олега, рассматривая едва зеленые жалюзи, прикрывающие все четыре окна большой комнаты. Особенно Лилю заинтересовало видение Артура, но Олег мало что мог сказать по этому поводу толкового.