— Можно я взгляну? — Она протянула руку и быстрее, чем Фэй успела возразить, схватила кристалл. Он был очень красив — черный, полупрозрачный, с красными, синими и зелеными искрами. Кэсси повертела кристалл, чтобы полюбоваться тем, как он отражает солнце, и вдруг сердце замерло у нее в груди: свет упал на камень так, что внутри него стала отчетливо видна метка охотников на ведьм.

— Боги, Фэй. Тебя пометили,— выдохнула героиня.

Все ахнули.

— Невозможно,— запротестовала Фэй, в свою очередь рассматривая кулон.— Нет! Он не мог! — воскликнула она, разглядев внутри кристалла зловещий символ.

Пару минут все молчали. Кэсси окинула друзей беспомощным взглядом. Как же быстро изменилась энергетика комнаты! Фэй, всемогущая Фэй была повержена.

Она как будто стала другим человеком — плечи опустились, лицо побледнело, глаза потухли. Она опустилась на диван и зарыдала. Никто и никогда раньше не видел плачущую Фэй.

— Как? — причитала она, размазывая по лицу тушь.— Я не понимаю, как такое могло случиться...

— Твой Макс — охотник на ведьм,— отрезала Мелани,— это ведь он тебе дал.

— Значит, скорее всего, и директор — тоже охотник.— Адам покосился на Кэсси.— Как ты и подозревала.

Мелани кивнула:

— Яблоко от яблони...

Не сказать, чтобы Кэсси обрадовалась своей правоте насчет директора. Лучше бы это была паранойя. Диана села рядом с Фэй и нежно взяла ее за руку.

— Фэй, я понимаю, что тебе плохо, но надо вспомнить все, что ты говорила Максу.

Та подняла голову. На ее ресницах висели слезинки, а выражение лица было страдальческим:

— Я даже не помню...— Она расстегнула кулон и бросила его на стол.— Я думала, что действительно ему нравлюсь,— говорила она как будто самой себе.— Я не говорила вам, но я сняла любовное заклятие. Чтобы проверить чувства...— Она не смогла закончить.

Диана изо всех сил обняла Фэй, и та, к всеобщему удивлению, не отшатнулась. Кэсси не выдержала и отвернулась. Видеть убитую горем Фэй было ужасно. Почти так же ужасно, как знать, что ей всучили метку.

— Но он же выглядел и вел себя как зачарованный! — изумилась Лорел.

— Он мог просто притворяться зачарованным, чтобы подобраться к нам поближе,— предположил Адам.

Кэсси зыркнула на Адама. Им с Лорел явно не хватало чувства такта, иначе они не стали бы обсуждать это при Фэй. Она плакала все горше и горше, а они не понимали почему. А Кэсси понимала. Фэй сняла чары и думала, что Макс не уходит, потому что по-настоящему полюбил ее.

Мелани недоверчиво покачала головой.

— Охотники знают о двоих из нас. А без Инструментов Мастера мы не сможем их победить.

— А Скарлетт хочет убить Кэсси,— добавил Ник.

Диана по-прежнему обнимала Фэй.

— Некогда паниковать,— решительно сказала она.— Надо защищать друг друга. Выберемся, куда мы денемся.

Стоя на крыльце своего дома, Кэсси видела, что за окном гостиной мерцает телевизор. Мама ждала.

— Надо идти,— уговаривала себя она.

— Подожди,— Адам сжал ее руку.— Мы выберемся, слышишь? Мы справимся.

— Знаю,— сказала Кэсси.

— Ты уверена? — Он наклонился, чтобы поцеловать Кэсси, но, застеснявшись чего-то, так и не дотронулся губами до ее губ. Кэсси чувствовала его горячее дыхание. Она заглянула ему в глаза, и сердце зашлось от любви.

— Уверена.

Она притянула его к себе, коснулась его мягких губ своими, и мир вокруг перестал для них существовать. Поцелуй продолжался, пока у обоих не перехватило дыхание. Потом Кэсси дождалась, пока суматошное сердце немного успокоится, и посмотрела на любимого, очарованная открывшимся зрелищем. Она увидела пульсирующую серебряную нить, которая связала их с первого дня. Она была крепка, как никогда. Наконец-то после безумной смеси эмоций, которая обрушилась на Кэсси в последние несколько недель, она испытывала одно-единственное яркое и сильное чувство: радость от того, что у нее есть Адам.

— Я люблю тебя,— сказала героиня.

Он широко улыбнулся.

— Я тоже тебя люблю.

Она поцеловала его еще раз, нежно-нежно.

— Я правда тебя люблю.

В голубых глазах Адама сверкнули задорные искры.

— В эту игру мы можем играть всю ночь.

— Всю жизнь...— прижалась к нему Кэсси, поняв вдруг, что не может оторвать от любимого взгляд. Она все смотрела и смотрела и не могла наглядеться.— А может, и дольше.

***

Закрыв за собой входную дверь, Кэсси замерла у порога. Мама выглядела почти как привидение и была очень напугана. Ужасно, что я заставила маму так беспокоиться, сокрушенно подумала Кэсси. Мама имела полное право злиться.

— Мам, прости.

Та не ответила, и Кэсси добавила:

— Мне срочно надо было на Кейп-Код, и я взяла машину.

— Черт с ней, с машиной. Ты цела?

Кэсси кивнула и бросила сумку у порога. Обнимая маму, героиня старалась разглядеть в ее глазах весть о том, что она прощена. Но вместо этого мамино лицо почему-то стало еще печальней.