— Кэсси,— начал Ник,— если Скарлетт — не охотник, заклятие просто не сработает. Это шанс доказать всем, что ты права. А Диана и Адам — неправы.

— Все так,— Мелани обратилась к Диане.— Если мы попробуем проклясть Скарлетт, а та окажется не при делах, она поймет, кто мы такие.

— Я знаю,— отрезала Диана.

Кэсси подняла на нее глаза.

— Ты настолько в этом уверена, что рискнешь раскрыться совершенно постороннему чужаку?

— Да, настолько.

— Тогда я с вами,— больше самой себе прошептала Кэсси.— Встречаемся у доков после школы.

Они шли вдоль побережья к докам, где работала Скарлетт. По пути Диана отозвала Кэсси и поблагодарила ее за участие в этом походе. Златовласка сказала, что ей неудобно идти против желаний подруги, но она не может допустить разлада.

Кэсси изо всех сил старалась относиться к происходящему с пониманием. Что толку бодаться сейчас с Дианой? К тому же, как верно заметил Ник, в случае провала их миссии станет ясно, что Скарлетт — просто обычная чужачка, и тогда Кэсси сможет с ней дружить.

Боясь нечаянно сломать шаткое перемирие между девчонками, Адам аккуратно взял Кэсси за руку. И тут Диана задала общий вопрос:

— Все поняли план? — Ее золотые солнечно-лунные волосы переливались на свету, а самообладанием она не уступала главнокомандующему небольшой армией.

В глазах Деборы светилось предвкушение схватки:

— Мы выманим ее, окружим и наложим заклятие «ведьма — охотник».

— Нет,— поправил ее Адам.— Мы ее окружим и все выясним.

— Точно,— согласилась Диана.— Нужно выжать из нее как можно больше, а потом уж и заклинать. Тем более что мы не знаем, как работают эти чары.

Кэсси старалась не думать о том, что может случиться. Оставалось только верить в невиновность Скарлетт.

— Вот она,— Лорел показала пальчиком на двери бара «Веселая устрица».— Должно быть, на перерыв вышла.

— Отлиииично,— протянула Фэй, чья кровь уже закипала от азарта. Она повела за собой всю группу.

Скарлетт увидела их практически сразу.

Любой на ее месте испугался бы, увидев, что к нему решительно приближаются двенадцать разъяренных подростков. Но Скарлетт только широко улыбнулась и приветливо помахала им худенькой ручкой.

— Она блефует,— прошипела Фэй.— Не покупайтесь.

Впрочем, черногривая могла бы и промолчать. Никто не сбавил шагу, и Скарлетт оказалась окружена со всех сторон, не успев даже поздороваться. Только тут до нее дошло, что творится что-то неладное.

— Что такое? — Рыжеволосая испуганно шарила глазами по лицам, стараясь высмотреть Кэсси в окружившем ее живом, тяжело дышащем кольце.

Для Круга все складывалось очень удачно. На задворках «Веселой устрицы» среди мусорных баков никого, кроме них, не было. Здесь вообще почти никогда не бывало людей. Скарлетт была в ловушке. Даже если она закричит, никто не услышит.

Только Кэсси могла ее спасти. Она начала:

— Скарлетт, скажи нам правду, чтобы не пострадать. Мои друзья думают, что ты подстроила аварию. Я-то в это не верю, но их нужно переубедить.

Скарлетт ощутимо расслабилась.

— А, так вы из-за этого? Конечно, я тут ни при чем.

— А маяк?! — В голосе Дианы прозвучал металл. Это был не вопрос — угроза.

— Какой маяк?

— Который ты спалила,— крикнула Фэй.

— Да на кой оно мне?! — Скарлетт наконец вышла из себя. В ней властно заговорил инстинкт выживания, и Кэсси поняла, что момент истины не за горами.

Адам подошел к ней вплотную и прищурился:

— На кого ты работаешь?

— В баре «Веселая устрица»-то? — Скарлетт ощетинилась, как загнанная в угол кошка.

— Отвечай на вопрос,— сказала Диана.— На кого ты работаешь?

— Я не понимаю, о чем вы! — всхлипнула Скарлетт и дернулась к Кэсси, ища поддержки, защиты.

Но члены Круга обступили рыжеволосую, блокируя любые ее перемещения, а Фэй, приняв ее движение за агрессию, мгновенно среагировала:

— Силой этого Круга я взываю к Гекате!

Для Кэсси время как будто замедлилось. Она видела шок на лице Скарлетт, ярость Фэй и слышала вопль Дианы «Нет, нет, рано!».

Но Фэй было не остановить. Взывая к Гекате, она словно сама увеличилась, как будто в ней воплотилась темная богиня. Ее медовые глаза потемнели, как черный мрамор, и светились нездешним светом. Первые слова заклятия прозвучали подобно грому:

Да будет проклят охотник,

Тот, что вредить хотел мне!

Злые его деянья да на него обратятся втройне.