Когда мой бизнес окончательно зачах, я тоже не очень расстроилась. Меня больше не прельщала карьера кутюрье, и моделью я быть не хотела. Вадим думал, что тешит мое самолюбие, развешивая плакаты по всему городу, но на самом деле лил елей на свою гордыню. Он считал себя мужем первой красавицы города, очень хотел, чтобы все ему завидовали, но при этом не очень-то любил показываться со мной на людях. С плаката я не могла ни с кем заигрывать, но вдруг в реальной жизни мне понравится какой-нибудь мужчина? Для Вадима это было бы равносильно катастрофе.

Он очень меня ревновал и с удовольствием пошел мне навстречу, когда я сказала, что желала бы заниматься исключительно домашними делами. Я действительно этого хотела, потому что внешний мир давно уже перестал меня волновать, да и сам дом не очень радовал. Мне здесь жилось хорошо, было тепло, комфортно, но так ведь и цветку в оранжерее не на что жаловаться, если его вовремя подкармливают и поливают. За цветком хорошо ухаживают, поэтому он растет здоровым и красивым, чувствует свою ответственность перед человеком, который о нем заботится, старается соответствовать требованиям.

Так и я. Вадим меня содержит, старается не обижать, вот я и кручу педали, чтобы радовать его своим тонким станом. Если он откажется от меня, то я, пожалуй, махну на себя рукой, конечно, при сохранении моих тепличных условий. Без них мне, конечно, придется бороться за свое будущее, брать на вооружение собственную красоту, идти в наступление. Иногда унылое существование так меня доставало, что я даже мечтала, чтобы это случилось. В то же время мне не хотелось рисковать.

Ведь я хорошо помнила, чем закончилось мое стремление к карьерным высотам. Не вышло из меня знаменитого модельера. С новым мужем тоже может не сложиться. Мало ли, вдруг попадется какой-нибудь урод. Так что лучше уж довольствоваться тем, что у меня есть. Тем более что все не так уж и плохо.

Был еще один вариант – вернуться к Ивану. Мое сердце без него не разбилось, но потеряло прежний тонус. Иван мог вдохнуть в меня жизненную силу, и я стала бы счастливой женщиной. Но ведь я предала его. Он воевал, думая обо мне, а я в это время спала с другим. Даже если бы Иван простил меня, я все равно не смогла бы жить с ним, чувствуя за собой вину. Я не извинила бы сама себя, а какое без этого может быть счастье? Да и не простит он!..

Я хорошо помнила, как Иван смотрел на меня, когда мы случайно встретились в моем салоне. Его взгляд был таким, что я не могла вымолвить ни слова. Нет, он никогда меня не простит. Так что нет смысла дергаться.

– Как это что? Твой Иван любит меня, а тебе все равно?

– Желаю вам счастья.

Мои слова прозвучали настолько неубедительно, что Вика не поверила мне и заявила:

– Врешь! Не желаешь ты нам счастья!

– Ему – да.

– А мне?

– Ну, если ты его любишь, то и тебе…

– Ты с ним встречаешься?

– С кем? С Иваном?!.. Нет, конечно. Как я могу с ним встречаться, если все время дома сижу?

– Это ты сейчас дома, а он уже год как из армии вернулся. Вдруг ты с ним встречалась?

– Нет, не было ничего. Зачем это мне?

– Тебе, может, и незачем, а ему как? Я же вижу, что у тебя голова от Вадима не кружится. А у меня – вовсю! От Ивана. Думала, Игорька люблю, а оказалось, что с ним было так, тьфу. Зато с Иваном!.. Ты же сама знаешь, какой это ураган!

Я сидела на велотренажере, педали не крутила и вдруг налегла на них, стремительно ускоряя темп. В самом низу живота так щекотливо заныло, что мне надо было срочно напрячь мышцы и тем самым снять с них возбуждающую вибрацию.

Иван действительно был настоящим ураганом. Мне никогда не забыть той нашей последней ночи! Это же было какое-то буйное помешательство. Он долго не мог насытиться, я тоже хотела еще и еще. А с Вадимом я очень скоро почувствовала себя фригидной. Он был хорош в постели, энергичен, но заводил меня с трудом и далеко не на полную мощь. Если я в чем-то и преуспела с ним, так это в театральном мастерстве. Даже порнозвезды не могли так изобразить на экране оргазм, как это делала я. Пожалуй, даже Иван позавидовал бы, если бы услышал мой концерт. Но ведь с ним у меня все получалось по-настоящему. Так больше ни с кем никогда не будет.

Но ведь секс – это далеко не самое главное в жизни. Гораздо важней, чтобы тебя любили.

Мне очень нужна была любовь и поддержка мужа. Свекровь моя – женщина невозможная, с ней очень сложно, она уже давно сожрала бы меня с потрохами, если бы не Вадим. Но еще больше осложнились мои отношения с мамой. Не простила она мне Вадима, прокляла и меня, и себя. Она стала совсем плохой, безбожно пила, жила с алкашами, видеть меня не хотела. С бабушкой отношения тоже не фонтан. Ей наплевать было на Вадима, но вовсе не на то, что мама жутко опустилась из-за своей несчастной любви. Бабушка совсем больная, может, ей недолго осталось. Если она вдруг умрет, то виноватой буду я. Эта мысль подтачивала меня изнутри. Да и за маму я очень переживала.