Оцепенев, она на время лишилась дара речи. Сомертон разговаривал с ее отцом, похлопывая шляпой, которую он держал в руке, по бедру. Сомертон выглядел великолепно, на нем были обтягивающие бриджи и сюртук, наверняка приобретенный в модной лавке на Бонд-стрит. Правда, его прическа оказалась слегка в беспорядке. Волосы Сомертона растрепались на ветру во время езды верхом, а щеки раскраснелись.

Как будто почувствовав на себе ее изумленный взгляд, Сомертон поднял на нее глаза.

— А, мисс Бельмонт, — отвесив легкий поклон, промолвил он. — Я, как и обещал, приехал за сэром Эриком.

Близнецы вились вокруг него, дожидаясь, когда старший брат выведет козла из загона. И вот наконец показался Джек вместе с Эриком. На лице мальчика отражались чувства гордости и печали.

— Ты должен образцово вести себя, — сказал он своему питомцу.

— Вы очень добры, ваша светлость, — смущенно пробормотала Юджиния, сделав книксен.

Она чувствовала себя настоящей замарашкой, поскольку не успела ни умыться, ни причесаться и была одета в самое старое и ветхое платье. «Должно быть, я похожа на чучело!» — мелькнуло у нее в голове.

— Наша Юджиния должна стать истинной леди, — заявил ее отец, одергивая топорщившуюся на круглом животике жилетку. — Она учится в пансионе благородных девиц мисс Дебенхем. Мы возлагаем на нашу дочь большие надежды.

— Я уверен, что она вас не разочарует, — с невозмутимым видом сказал герцог.

— Моя бабушка была любовницей его величества короля Георга Второго, — гордо сообщил мистер Бельмонт, чем поверг дочь в ужас. Юджиния была готова сквозь землю провалиться от стыда. — Юджиния пошла по ее стопам.

Брови герцога полезли на лоб.

— Она была горничной, — пролепетала Юджиния.

— Горничной в королевском дворце, — поправил ее отец.

— Как интересно, — проговорил Сомертон, пристально глядя на Юджинию. — И вы считаете, что ваша дочь похожа на ту женщину?

— Вылитая копия, ваша светлость.

— В таком случае я понимаю короля.

Это был учтивый комплимент. Черные, как уголь, глаза герцога впились в нее, и по телу Юджинии пробежала дрожь. По-видимому, Сомертон не ожидал от себя подобных слов, во всяком случае, он вдруг покраснел. Юджинии показалось, что в его глазах зажглась искорка интереса. У нее вдруг стало тепло на душе, и по всему телу разлился жар.

— Эрик готов, — сказал Джек, передавая веревку-поводок герцогу.

Сомертон тут же передал животное под опеку слуге, который стоял позади него, и тот ласково потрепал козла по голове. Этот человек, несомненно, любил животных.

Пора было прощаться.

— Вы можете навещать своего любимца в любое время, — сказал Сомертон мальчикам. — Сначала он, конечно, будет немного тосковать по старым друзьям, но потом успокоится.

— Я непременно заеду к вам по тому небольшому дельцу, которое мы только что обсудили, — поспешно сказал баронет, потирая нос.

Юджиния насторожилась. Что еще задумал ее отец? Она надеялась, что он не затевает нового мошенничества.

Сомертон отвесил ей поклон, и на его лоб упала прядь темных волос.

— Надеюсь, мисс Бельмонт, мы снова встретимся с вами, когда вы окончите пансион.

Он смеялся над ней, как король, должно быть, когда-то смеялся над ее прабабкой. Юджиния сделала реверанс, чувствуя, как у нее подгибаются колени.

— Разумеется, ваша светлость.

Когда герцог уехал, двор опустел, окружающий мир поблек, солнце померкло, а наступивший день показался Юджинии бесконечно длинным.

Синклер оставил Эрика на попечение конюха, а сам поскакал вперед. Его ждали срочные хозяйственные дела, но он почему-то не спешил домой. Думая о Юджинии Бельмонт, Синклер усмехался. Ему казалось забавным наивное признание отца девушки в том, что его дочь являлась потомком второго представителя Ганноверской династии, короля Георга, и служанки.

Скан и вычитка Романтическая библиотека: http://romanticlib.org.ua

Синклер не понимал, как можно гордиться этим фактом. Его мать приговорила бы к смерти любого, кто выдал бы подобную семейную тайну и тем самым учинил скандал. А вот Бельмонты, нимало не смущаясь, во всеуслышание признаются в том, что основатель их рода — незаконнорожденный, да еще к тому же и сын горничной.

Юджиния Бельмонт не была красавицей, однако обладала притягательной внешностью. В ней ощущалась какая-то тайна. Синклер засмеялся, вспомнив, как она застыла в дверном проеме черного хода, неожиданно увидев его. Она смотрела на Синклера круглыми от изумления глазами. Нечесаная, со взлохмаченными волосами, в старом вылинявшем розовом платье, она все же была удивительно привлекательной. Синклер хорошо понимал стареющего короля, прельстившегося ее молодой прабабкой.

Фантазия Синклера разыгралась. Перед его мысленным взором возникли фривольные картины. Вообще-то он никогда не отличался легкомысленным поведением и не флиртовал с женщинами не своего круга. Его нельзя было назвать повесой. В дамском обществе он порой терялся и чувствовал себя не в своей тарелке. Даже в юности, когда через его постель прошла целая череда женщин, ему было не по себе после соития, и он не знал, что делать и о чем говорить с любовницами. Синклеру с трудом давалось общение с прекрасным полом. Ощущая внутреннее напряжение, он часто замыкался в себе в присутствии женщин.