– Не знаю. – Фил растерянно моргнул. – Кажется, у меня еще не было случая это проверить.

Аня взглянула на него насмешливым, дерзким взглядом.

– Перед тобой стоит красивая девушка. Вокруг никого нет. Я завела речь о поцелуях, а ты, вместо того чтобы воспользоваться моментом и моей податливостью, заржал как дурак. И кто ты после этого?

– Прости. Я… просто не сообразил.

– Ладно, прощаю.

Вдруг движение лифта прекратилось, но двери не открылись.

– Что случилось? – удивленно спросил Филипп.

– Лифт застрял, – ответила Аня.

– Как застрял?

– Молча.

Он растерянно заморгал.

– И что нам теперь делать?

Аня посмотрела на него своими мрачными, подведенными глазами и зловеще изрекла:

– Приготовиться к долгой и тяжелой борьбе за жизнь. Одному из нас придется умереть, чтобы спасти жизнь другому.

– Как?

– Очень просто. Мне придется тебя съесть, чтобы продержаться до прихода помощи. И если ты не перестанешь задавать глупые вопросы, я начну прямо сейчас.

Филипп облегченно вздохнул и улыбнулся:

– Так ты шутишь.

– А ты думал, что такой аппетитный?

Она повернулась к панели и нажала на кнопку вызова. Экран тут же осветился, и виртуальная девица с улыбкой произнесла:

– Добрый день! Если у вас возникли проблемы, я помогу вам их решить. Чем могу быть полезна?

– Принесите нам два пива и пакет чипсов «Естрелла», – сказала ей Аня. И добавила: – С луком и сметаной.

– Простите, но данная просьба невыполнима. В данный момент вы находитесь в лифте. Один из вас нажал на кнопку «стоп», поэтому лифт остановился. Для того чтобы лифт продолжил движение, вы должны…

Аня нажала на кнопку «отбой», и изображение на экранчике монитора исчезло.

– Ты нажала на кнопку «стоп»? – удивленно и недоверчиво спросил Филипп.

– Нет, что ты! Это сделала моя тень! – насмешливо отозвалась Аня.

– Но… зачем?

Аня вздохнула.

– Хотела дать тебе еще один шанс. Но ты его прошляпил. Слушай, может, у тебя хотя бы сигареты есть?

Филипп, все еще красный как рак, покачал головой.

– Нет. Но я могу стащить у отца или матери! – поспешно добавил он. – Если… Если ты, конечно, хочешь.

– А тебе мама с папой говорили, что курить вредно?

– Да… То есть я и без них это знаю.

– Значит, ты хочешь мне навредить?

Щеки Филиппа пошли пятнами. Он совсем потерялся.

– Слушай, я… совсем запутался, – пробормотал он.

– Это и требовалось доказать. Ты совершенно не умеешь общаться с девушками.

Филипп нахмурился.

– С нормальными умею, – проворчал он.

– Что? – Аня прищурилась. – Значит, я, по-твоему, ненормальная?

– Ты странная.

– Ты это уже говорил.

– Разве?

– Ну, значит, не ты.

Она нажала на кнопку, и лифт снова тронулся. Филипп помолчал, пытаясь понять, издевается над ним эта девочка или нет, а потом спросил:

– В какой квартире ты живешь?

– В большой и светлой, где люстра любит, чтобы ей аплодировали, – ответила Аня.

Филипп улыбнулся:

– А я живу в сто пятнадцатой. Если что – заходи.

– Хорошо, Филипок.

– Не называй меня Филипок. Лучше Филипп или Фил.

– Как скажешь, Филипок.

Лифт остановился.

– Мой этаж, – сказала Аня. – Не вздумай ходить за мной по пятам. Пока!

Она вышла из лифта. Двери снова бесшумно сомкнулись. Филипп посмотрел на них и восторженно проговорил:

– Чумовая герла!

Затем нажал на кнопку и поехал наверх – туда, откуда начал свой путь.

Ника вышла из квартиры и увидела сестру. Та стояла возле огромного – от пола до потолка – окна и курила. Ника подошла к ней, остановилась.

– Куришь?

– Угу, – кивнула Илона. – Уже вторую подряд.

– С ума сошла. А где Нюра?

– Где-то в здании. Наверное, шляется по этажам или катается на лифте.

Ника вздохнула:

– Детский сад какой-то. Девчонке скоро пятнадцать, а ведет себя, как десятилетняя.

– А ты ведешь себя так, будто ты ее мама, а не сестра.

– Я просто ответственная.

Илона повернула голову и посмотрела на Нику своими нежно-голубыми, чистыми, как июльское небо, глазами.

– А я, по-твоему, нет?