— Ура! — поддержало его несколько десятков голосов.

— Теперь мы истолчем его и положим конец страшным человеческим жертвоприношениям. Господь с нами, братья!!

— Ура! — снова подхватили они. Но радостные возгласы потихоньку улеглись, когда все увидели, то что лежало на саркофаге.

Десяток фонариков освещали поблескивавший от крови каменный саркофаг, на нем, раскинув руки, лежала девушка. Волосы ее рассыпались, голубые глаза бессмысленно и остекленело уставились в небо. Неподвижное лицо ее казалось прекрасным, из оголенной груди торчала рукоять ножа.

Это зрелище смерти ужаснуло многих — все молча глядели на прекрасную мертвую девушку.

— Мы похороним сестру по христианскому обычаю, — сказал Амвросий с печалью в голосе. — И будем молиться за нее.

Амвросий перекрестился, за ним перекрестились и все попрыгунчики.

— Снимите сестру, — приказал Амвросий.

Двое воинов направились к саркофагу. Но тут произошло нечто неожиданное. Как только они подошли к саркофагу и протянули к нему руки, саркофаг вдруг содрогнулся, словно кто-то могучий дернулся внутри него. Попрыгунчики отскочили в сторону и сделали это вовремя, потому что в следующий момент весь саркофаг вместе с лежащей на ней мертвой девушкой с ужасающим грохотом ушел под землю.

Это произошло настолько неожиданно, что никто не успел ничего сообразить и тем более предпринять. Все, окаменев, изумленно смотрели на то место, где был саркофаг. Когда опомнившиеся попрыгунчики, подбежав к яме, стали светить туда фонариками, ни мертвой девушки, ни саркофага — главной святыни подземного народа — видно уже не было.

Чудь, предполагая, что праздник им могут испортить люди Амвросия, заранее побеспокоились о сохранении святыни и, устроив хитрое приспособление, увели из- под носа у попрыгунчиков саркофаг.

— Соберите мертвых и раненых, нам пора уходить, — устало приказал Амвросий.

Было не ясно победа это или поражение. Неуемный Транс продолжал бушевать в склепе — оттуда слышался шум и грохот.

Небо посветлело, стало холодно и промозгло, чувствовалось приближение утра.

— Пойдем, — сказал Илья стоявшему рядом Петру. — Может быть, нам Амвросий наручники хоть снимет.

Увлеченные собиранием раненных и мертвых, попрыгунчики не обратили внимания на вышедших из-за дерева людей. Заметил среди них Илья и массивную фигуру палача, которого он видел в подземелье. Сейчас он был без маски, лицо его оказалось добродушным и печальным. Вскинув на плечи три мертвых тела, он без труда нес их по кладбищенской дорожке.

Амвросий сидел на деревянной лавочке неподалеку от ямы, в которую канул саркофаг. Он казался задумчивым и усталым. Услышав, что к нему кто-то подходит, Амвросий вскинул голову; и Илья увидел, как слезы поблескивают у него в глазах. Амвросий скорбел о тех, кто погиб в борьбе с сатанинскими силами.

— А, это вас хотели принести в жертву сыну дьявола.

Сразу понял он, увидев Илью и Петра.

— Да, спасибо, что… — начал торжественно Илья но понял, что благодарности здесь не уместны.

— Мы потеряли много братьев. Это были лучшие из нас. Они погибли во имя Господа!

Амвросий перекрестился и смахнул с глаз слезинку. Илья с Петром стояли рядом, не мешая человеку скорбеть.

— Но смерть их не была напрасной, — продолжал в печали Амвросий. — Я когда-нибудь положу конец человеческим жертвоприношениям.

— Да-а, — вздохнул Петр, глядя на небо, и вдруг сказал не в тему: — Будет солнышко.

Амвросий словно очнулся от сна, поднял на стоявших перед ним людей полные печали глаза.

— У нас тут руки… — начал Илья, поворачиваясь боком к Амвросию.

— Никита, подойди-ка сюда! — позвал Амвросий проходившего мимо попрыгунчика с бритой наголо головой. — Ты в этом специалист. Расцепи оковы братьям.

Парень достал из кармана отмычку, быстро расстегнул наручники.

— Вам они нужны? — спросил Никита, держа две пары наручников в руках.

Илья отрицательно покрутил головой, разминая кисти рук. Петр никак не отреагировал на его вопрос.

Никита, позвякивая двумя парами наручников, удалился.

— Спасибо вам… — снова начал Илья.

— Благодарите Господа. За свое чудесное спасение вы обязаны только Ему, — бросил Амвросий, опершись на шест и тяжело поднимаясь со скамейки. — Мы же Его слуги. Пойдемте со мной, я укажу вам дорогу с кладбища. А то можете снова в лапы к ним угодить.

Ветер улегся, небо просветлело, на сердце стало веселее. Они шли с опирающимся на шест Амвросием по песчаной дорожке кладбища. Амвросий выглядел живописно в своей длинной черной рясе с большим золотым распятием на груди; длинные его волосы рассыпались по плечам. И словно не шест с выдвижным лезвием это у него в руке, а посох, а он древний пророк, устало бредущий по свету…