С трудом сдерживая рвущийся из груди вопль, я как можно спокойнее произнес:

— Отчего не смотаться. Я сегодня свободен аки… аки… В общем, можешь мной располагать.

— Сколько тебе нужно времени на сборы?

— А это, смотря куда мы направимся.

— Значит так, можно за город — покупаться, а можно просто погулять.

Погулять, прикинул я, это от силы часа три… ну четыре. А вот за город — как минимум на весь день до позднего вечера. Одним выстрелом двух зайцев — и с Надюхой подольше побуду, старые чувства и все такое, и от Грязнули отдохну.

— Давай за город. — Выбрал я. — Мне на сборы полчаса… нет, лучше сорок минут. Договорились?

— Отлично. — Обрадовалась Надька. — Через сорок минут я за тобой захожу. Все, чао.

Я повесил трубку, из которой уже раздавались частые гудки. Несмотря на тяжелое похмелье, жизнь вдруг показалась прекрасной. Ангелы, черти, и волхвы мигом отступили на второй план, давая дорогу более важным вещам, как то: что с собой взять, с чего вдруг Надюхе пришла такая мысль, и где, черт побери, мои плавки!

— Невид, — Жалобно попросил я домового. — Будь добр, сообрази кофе.

— А поесть?

Эх, знал бы добряк Невид, задавая этот вопрос, каких усилий мне стоило сдержать рвущийся на него взглянуть, желудок. Сглотнув подкативший к горлу ком, я постарался улыбнуться:

— Спасибо за предложение, но я бы выпил крепкого кофе… А еще лучше пивка.

Не веря своему счастью, я нежился в лучах жаркого солнца, привольно развалившись на широком покрывале, ощущая всей кожей присутствие рядом моей Наденьки. Пляж, выбранный нами для принятия солнечных и водных процедур, был довольно безлюден. Может, сказывалась его удаленность от основного пляжа, а может, не последнюю роль сыграл будний день. Как бы то ни было, но кроме нас на пляже присутствовали лишь бабушка с двумя шебутными внуками. Но и они, судя по всему, намеревались вскоре уйти. Вот оно настоящее счастье: зеркальная гладь озера, жгучие солнечные лучи и любимая девушка рядом. Еще бы, для фона, спокойную музычку. Что-нибудь из классики — Моцарт например, или Бетховен… Какие там у нас еще есть композиторы?

— Слушай, Максим, — Окликнула меня Надежда, с увлечением разгадывающая купленный по дороге кроссворд. — Птица способная снести яйцо весом до полутора килограмм, шесть букв.

— Штраус. — Буркнул я увлеченный своими мыслями раньше, чем успел понять, что же сказал.

Последовавший следом за короткой паузой взрыв хохота, заставил бабку вздрогнуть и настороженно покосится в нашу сторону.

— Так вот почему он такие медленные вальсы писал. — В промежутке между двумя приступами смеха, выдавила Надька.

— Шутка старая, — отсмеявшись, подвела итог Надька, утирая выступившие слезы, — Но как вовремя!

Поставив ладонь козырьком, я с удовольствием смотрел на ее раскрасневшееся от смеха лицо, узенькую полоску купальника, рельефно обтягивающую небольшую грудь, короткие взъерошенные волосы… Господи, как же хочется схватить, прижать к себе эти хрупкие плечи, покрыть поцелуями лицо и никогда не отпускать. Видимо все это промелькнуло в моем взгляде, потому что лицо Нади вмиг стало серьезным.

— Не надо, Максим. — Едва слышно произнесла она умоляюще. — Не надо, прошу тебя… Я еще ни к чему не готова… Пусть все идет своим чередом.

— Пусть. — Согласился я, но не удержался и негромко процитировал:

Надя отвернулась, избегая встречаться со мной взглядом.

— Твое?

Говорить не хотелось. Я кивнул, даже не задумываясь, что она этого не видит. Она и не увидела, но женское чутье подсказало правильно.

— Запишешь потом мне слова?

Я снова кивнул. Молчание затягивалось. Не желая долго грустить, Надюха решительно тряхнула головой.

— Айда купаться! Кто последний добежит до воды, тот проиграл!

Последние слова, она выкрикнула уже приближаясь к колышущейся кромке воды. Я бросился следом, глубоко увязая в обжигающем ступни песке. Прыжок, перед глазами мелькнула хрустальная гладь, в следующий миг расколовшаяся мириадами брызг принимая меня в объятия. Холодная вода обожгла разогретое солнечными лучами тело. Отфыркиваясь как тюлень, я вынырнул на поверхность.

— Проиграл, проиграл. — Смеялась Надежда, показывая мне язык. Достигнув раньше меня воды, она, тем не менее, зашла только по пояс, так и не решаясь окунуться. Сложив ладонь лодочкой, я с силой ударил вперед, едва касаясь поверхности воды. Туча брызг окатила взвизгнувшую от неожиданности девушку.

— Ах, так!!!

И великая водная битва, так и не вошедшая впоследствии в анналы истории, началась.

Спустя полчаса, усталые, но довольные, мы лежали на большом цветастом покрывале, подставляя мокрые спины жарким лучам солнца. Бабки с внуками и след простыл, поэтому ни один посторонний звук не нарушал нашего единения с природой.