И только одна задачка оставалась неразрешенной. Ключ. И, соответственно, замок, который он открывал. Зато он наткнулся на библиотеку. Да, да, да. Самую настоящую библиотеку. С длинными полками, заставленными книгами. Библиотека располагалась на нижнем этаже центральной замковой башни. Той самой, в три яруса возвышавшейся над горой. Правда, вот хода на верхние этажи он не нашел. Где-то здесь и кроется наша загадочка и тот самый замочек, к которому наш ключик. Он перебрался в библиотеку, благо рядом с ней находилась просторная комната с каменными лавками, покрытыми стругаными досками, и большим очагом-камином. Комната выглядела так, будто хозяин только что вышел. На столе стояли плошки и блюда, похоже серебряные, несколько глиняных кружек и небольших, опять же серебряных, стаканов или бокалов, кому как больше нравится. Между плошками лежал длинный кинжал с широким лезвием. На полках вдоль стены стояли разнообразные коробки. Макс с удовольствием обосновался в комнате библиотекаря, как он ее прозвал.

Он натаскал травы и покрыл ею лавки, устроив себе пышное ложе. Огонь он тоже научился разжигать, используя кремни, которые нашел в одной из коробок. Но самую большую радость у него вызвала найденная бритва с металлическим лезвием, похожая на те, которыми пользовались в начале двадцатого века. Только у этой лезвие было несъемным и более широким. Но брила она отлично, в чем Макс убедился этим же вечером. Избавившись от жутких косм, которые именовались бородой, он почувствовал себя гораздо лучше.

– Интересно, а сколько времени этот замок пустует? – спросил он в пустоту. Такое ощущение, что покинули его совсем недавно. Даже пыли скопилось не особо много. Вот и кремень с кресалом нашлись, и очаг исправен. «Жаль только, хозяева одежонку не оставили, а то скоро голой задницей сверкать начну. Да и кроссовки уже на ладан дышат, хотя еще какое-то время продержатся», – подумал он.

Если бы Макс узнал, что последний человек покинул замок почти триста лет назад, он бы сильно удивился. Почему замок остался таким же, как и тогда, даже деревянные конструкции ничуть не попортились, оставалось загадкой.

«Дурное место. Дурное», – шептались люди. Но больше удивляясь не сохранности покинутого замка, а тому, что ни один из смельчаков, что отправились порыскать по нему, назад не вернулись. Так что Макса никто не беспокоил. Хотя до ближайшего поселения вольных землепашцев было всего-то полдня пути к западу. Но Макс, который пришел к замку через незаселенные земли старого леса и залесья, считал, что край этот заброшен и необитаем. Чему он был даже рад.

Он спокойно жил в замке, мог читать и размышлять, сидя вечерком у огня. Читать его на местном языке научил все тот же Тримир. Макс вспомнил тот разговор, после которого он стал постигать здешнюю азбуку.

– Тримир, могу я задать вопрос? – спросил Макс как-то после занятий.

– Задавай.

– Как так получается, что я вас понимаю? И Гроздану я понимал. Ведь не может быть, что вы говорите по-русски?

– Мы говорим на едином языке, его понимают все разумные существа на этом свете. Только дикие племена людоедов, у которых даже имени нет, да чернокнижники Темного материка говорят на каких-то своих языках, а там, откуда ты родом, разве не так?

И тогда Макс рассказал Тримиру о Вавилонской башне. А тот еще удивился глупости людей его мира.

Макс улыбнулся, ему приятно было вспоминать дни своего учения. А может быть, он этого и искал, когда маялся в городе, нигде не находя себе места? Ни на работе, ни дома, ни в шумных компаниях. Как же ему тогда было скучно. Господи. Он менял женщин, пытаясь найти в этом развлечение, помогало слабо. Даже пытался пить. Но у него не получилось. К тому же напиваться еще скучнее, чем не напиваться. А здесь, в этом старом замке, где вокруг ни души, он наконец-то успокоился. Соли вот только не хватало.

На замочек он наткнулся случайно. Он уже довольно сносно ориентировался на территории замка, который оказался довольно большим. И вот однажды, возвращаясь с очередной охоты, он вдруг обратил внимание на некую несуразность в центральной башне. Там, где к ней подходила внешняя стена, было что-то режущее глаз. Макс сбросил тушку оленька прямо на землю и побежал на другую сторону. Точно! Так и есть! Как он раньше не заметил, олух! С этой стороны башня резко закруглялась, образуя с крепостной стеной довольно острый угол, а там, с другой стороны, плавно сливалась с ней. Хотя выше была такая же, как и здесь. Вряд ли башню сразу строили асимметричной. Нигде больше в замке, который изобиловал всевозможными постройками, он асимметрии не видел. Только здесь. Значит, что? Значит, этот кусок выложили позже, и, значит, там что-то есть! Окрыленный догадкой, Макс бросился обратно к заинтересовавшему его участку стены и стал пристально его рассматривать. На первый взгляд никаких отличий. Хотя… что это за выступ такой, у самой земли? Он приблизился. Ага! Что это у нас тут, господа хорошие? А у нас тут кто-то изображен. Чей-то неясный силуэт. Макс осторожно протер пальцами, освобождая его от пыли. Единорог. Точно! Это же единорог! Так, так, так. Смотрим дальше, а вот и еще один, у другого края. Макс стал протирать и этого, сидя перед ним на корточках. Вдруг он не удержал равновесия и оперся на стену, чтобы не упасть. Камень с изображением единорога утонул под его пальцами и ушел глубоко в стену. Макс вскочил. Но больше ничего не происходило. Тогда он подошел ко второму и плавно нажал на него. Как и ожидалось, этот последовал вслед за первым. Макс встал, довольный собой. Пару секунд ничего не происходило, а потом раздался глухой скрип, скрежет, и Макс скорее почувствовал, чем увидел, что стена начала крениться. Он быстро развернулся и рванул что есть мочи. Вовремя. Потому что на то самое место, где он только что стоял, рухнула груда камней из кладки. Макс закашлялся, попав в клубы пыли. Практически вслепую выбрался на чистое место. Обернулся и перевел дух.

– Да уж. – Он смотрел, как оседает пыль, обнажая груду камней у подножия башни, которая теперь и тут резко закруглялась, образуя со стеной довольно острый угол. – Вот так-то лучше! – хмыкнул Макс. Следующие три дня он оттаскивал обвалившиеся камни.

Макс сидел напротив очага, смотрел на пляшущие языки пламени и жевал кусок только что поджаренного мяса. Он сделал это! Разгадал загадку. Когда он оттащил все камни и смог подойти к башне, то обнаружил сбоку, почти у самой стены, дверь, а в ней узкую щель замка. Того самого замка. Он был уверен в этом. Но открыть дверь решил завтра утром. Он понимал, что с ним происходит нечто очень важное, что жизнь его изменилась круто и бесповоротно и сейчас должен прозвучать последний аккорд этой песни перемен. Он сидел, смотрел в огонь и жевал.