— Помянем. Пусть земля им будет пухом.

Они выпили, и подполковник, проигнорировав закуску, продолжил свой рассказ.

— Главные там были маги. Уничтожив полк, они резней простых людей и изнасилованием женщин не занимались. Их интересовали дети. Их было много возле алтарей. Лежали с перерезанным горлом. Грудным младенцам оказывалась особая честь. Им пронзали сердце в центрах пентаграмм. Я думал, что сойду с ума. Светлые… какие они светлые?!! Чтоб зарядиться магией, убивать детей! Ни один темный маг нашей империи до такого зверства не опускался! И это еще не все.

— Не все? Что может быть страшней того, что они совершили?

— Они разбирали трупы на запчасти.

— Не понял.

— С помощью магии жизненно важные органы из трупов удаляли. Здесь это называется имплантация и делается скальпелем. На этом можно неплохо заработать, а светлые денежки любили. Магией не каждый орган можно залечить, а вот заменить запросто.

— Что было потом?

— Потом была война. Потом перемирие. А потом был я и моя месть. Год за годом, маг за магом. Я стал тенью. Проникал в это проклятое светлое королевство и убивал. Перед смертью они долго мучились, молили о прощении, каялись в грехах, валили вину друг на друга, но я был неумолим. По их воплям перед смертью восстановил картину по минутам. Кто кого бил, кто кого резал, кто кого насиловал. Моей семьей занимался лично лорд Хаард. Его я приберег напоследок. Когда был убит шестой по счету маг, участвовавший в нападении на графство, меня вызвал император. Его шпионы доложили: меня в светлом королевстве просчитали. Император до того момента о моих вылазках не знал. Это был мудрый человек, он понимал, что если я продолжу мстить, то поставлю империю на грань очередной войны, к которой в тот момент империя не была готова. Император попросил меня остановиться. Я пообещал.

— Но слова не сдержали, — пробормотал Валентин.

— Как вы догадались?

— Случись такое с кем-то из моих близких, — покрутил головой Валентин, — послал бы императора куда подальше и продолжил мстить. А если б император встал на моем пути, и его грохнул бы до кучи, — хмуро буркнул Валентин.

— Мы с вами похожи. Но я поступил чуть-чуть иначе. От планов мести не отказался, но резко сменил тактику. Через месяц после разговора с императором погибла пара магов, не участвовавших в нападении на графство, а потом через гильдию убийц по королевству прошел слух, что появился ликвидатор магов. Работает за деньги. Берет дорого. Я работал осторожно. Действовал через подставных лиц, и ко мне посыпались заказы. Сам понимаешь, у каждого мага есть свои враги. Я убивал. Список жертв пополнился еще десятком магов, прежде чем мне посчастливилось получить заказ на одного из тех, кто был нужен лично мне. Затем пришла очередь следующего. Потом еще один. Больше двух сотен светлых магов я отправил на тот свет, прежде чем прибил десяток тех, за кем охотился. С последним я покончил без заказа. Лорд Хаард. В отличие от других магов, он решил, что поиграться с дочкой и женой владыки этих мест будет забавно. Пока остальные резали младенцев на алтарях, он над ними измывался. Долго измывался, прежде чем убить. Вот тут-то я и переступил черту, которую нельзя переступать. У лорда были жена и дочь.

Валентин отшатнулся.

— Да, да, — кивнул подполковник, — я сделал с ними то, что он когда-то сотворил с моей семьей. Я наслаждался его муками, я упивался ими, насилуя и мучая несчастных на его глазах, а потом убил. Последним прикончил лорда. А потом… — Щека подполковника дернулась. — Потом в соседней комнате запищал младенец. Я прошел туда. Там сидела перепуганная кормилица рядом с колыбелью, в которой плакал ребенок. Храбрая женщина. Она пыталась прикрыть младенца собой, умоляла пощадить и словно в лихорадке повторяла его имя. Это был сын лорда. Ослепленный жаждой мести, я нашел его не сразу. Его спасло лишь то, что лорд Хаард был уже мертв и не увидит смерти сына.

— И теперь этот младенец преследует вас, — пробормотал Валентин.

— Да. Вы все правильно поняли. Мальчик подрос. Не скажу, что он стал очень сильным магом, но мерзавцем стал отменным. Такой же мразью стал, как и его отец. Ты можешь осуждать меня, я сам себя не раз казнил за то, что сотворил с женой и дочкой лорда, но больше всего казню себя за то, что не прикончил этого гаденыша прямо в колыбели. Он стал достойным продолжателем дел своего отца. Он не по локоть, он уже по уши в крови! Он обожает убивать младенцев. Это приводит его в экстаз. Всплеск жизненной энергии в момент убийства очень мощный. Он в нем купается и пьет его до дна!

Валентин невольно стиснул кулаки.

— Мерзость… и он до сих пор жив?

— Жив.

— Почему? Вы убили сотни магов, значит, сами мощный маг.

— Я убийца магов, но сам не маг, — отрицательно качнул головой Никольский. — Я — Золотой Воин. Имперские маги вживили в меня много артефактов. Большинство заклятий от меня отскакивает. А второго шанса после первого удара я им не давал. Против обычной стали в руках Золотого Воина ни один маг не устоит. Лорд Хаард устоял.

— Каким образом?

— Насколько мне известно, в его руки попал какой-то очень мощный артефакт, превративший его из посредственного мага в архимага. И с каждым новым жертвоприношением сила его растет.

— Вы с ним схлестнулись?

— И не раз. Наше противостояние длится более ста лет. Надо сказать, что после каждой нашей встречи силенок у него убывало. Но и мне доставалось.

— Более ста лет. Как вам удалось так сохраниться? Тоже магия?

— Пока меня подпитывают магические артефакты, я практически бессмертен, — кивнул Никольский. — Не Кощей, но бессмертный. Разумеется, меня можно убить, но для этого нужно очень постараться. Двадцать лет назад я выглядел все тем же безусым юношей, которого только что отобрали в элитные имперские войска. Стареть и жить по обычным биологическим часам я начал только здесь, на родине.

— Как опять здесь оказались? Снова блуждающий портал?

— Зачем? На этот раз я действовал наверняка. Устал я, мальчик. Просто устал. На родину потянуло. Денег у меня было немерено. Заказы на убийство магов оплачивались очень щедро, а имперский маг тоже денежки любил. Он, правда, поначалу отнекивался, что-то лопотал про незарегистрированные порталы и что полицейское управление шестого сектора измерений ему этого не простит, но я иногда бываю очень убедительным. А когда он узнал размер гонорара за эту мелкую услугу, вопрос был решен моментально.