Шрифт:
– Все нормально? ― глянул на девушку.
– Похоже, что нет?
Улыбнулся и вырулил от бордюра из строя авто.
– И так – есть предложения, предпочтения?
– Кафе-хаус, ― кивнула на первую же вывеску.
– О, нет, ― отрезал. ― Забегаловка для студентов.
– «Шоколадница».
– Тот же сегмент. Мы с тобой собираемся пообедать, а не перекусить или потискаться за кружкой «капуччино» и куском чизкейка.
Варя невольно улыбнулась.
Ее немного напрягала его забота и этот не нужный тщательный выбор с ресторанчиками. Тома невольно напоминало – не лучшая параллель, учитывая, что общего меж ними было лишь одно – пол. Впрочем, еще достаток. Хотя тут Максим явно проигрывал, что радовало девушку. Лишнее сходство с тем упырем ее бы не хотелось видеть в Смелкове. Ей было интересно с ним и спокойно. На удивление, и понять это она не могла – загадка просто. Она представить не могла, что вообще сможет кому-то дать себя обнять, не то что – поцеловать. А тут даже хотелось, чтобы целовал. Он словно закрывал ее, обнимая, словно держал оборону кругом своих рук, от всего мира, забирая ее в свой, и в нем было очень приятно, комфортно. С ним она забывала все то, что и хотела забыть да не получалось. С ним она оставалась собой и чувствовала защищённой сильнее, чем чужой маской мальчишки отморозка.
Как ему это удавалось, что в нем настолько особенного? ― покосилась на мужчину. А тот вел машину легко, запросто обходя плетущихся, и вот свернул в переулок, притормозил у края тротуара, втиснувшись между блестящим «ягуаром» и замызганной «нивой».
– «Гранд», ― указал на вывеску. ― Неплохая кухня, большой выбор блюд. Идем?
И помог Варе вылезти из салона, не видя возражений.
Девушка чувствовала себя нелепо рядом с ним. Он аккуратный, одет со вкусом хоть и просто, а она – как придется. Да кого-то – черт в косухе! ― поняла по взгляду официантки. И выбрала столик подальше, в углу. Поспешила скинуть куртку и передернулась – дожила, стесняется своего наряда, который так тщательно подбирала, к которому столько привыкала. И вспомнилось, как Влада копировала, училась у него: ходить небрежно, смотреть свысока, холодно и твердо, в презрении кривить губы, курить.
Она выжила благодаря ему, а сейчас, выходит, предает?
И вытянула из пачки Смелкова сигарету, затянулась с отстраненным видом.
Макс настороженно глянул на нее – стесняется?
– Что-то не так?
– Что? ― очнулась не сразу. ― Нет. Все нормально.
Пара рубленных фраз опять превратили Варю в мальчишку и Максу это не понравилось. Она даже держала сигаретку сейчас, смотрела, сидела – как парень.
Раздвоение личности? ― нахмурился: не похожа она психически больную.
– Что будешь? ― придвинул ей меню. Пробежала взглядом вскользь и отодвинула резко.
– Пиво.
Макс помрачнел. Закурил, поглядывая на девушку и соображая, что с ней и как вернуть Варю.
– Нет, ― отрезал и удостоился ее холодного взгляда – не женского. ― Мы не в клубе на попойке, Варя. Мы пообедать приехали, ― напомнил.
Она поняла, что мужчина чем-то недоволен и, вздохнув, пролистала меню еще раз.
– «Морской коктейль», «шоколадный торт».
– Первое, второе? Компот? ― улыбнулся натянуто.
– «Американо».
– Все? Варя, что с тобой?
– Ничего, ― пожала плечами, поерзав. А в глазах смущение, словно за непотребным застукали, и явно встревожена – пальцами пепельницу крутит. Он сам так делает, когда беспокоится или нервничает.
Притянул девушку к себе за талию – притихла, покосилась на него чуть испуганно.
– Ты чего?
– Ничего, ― хмыкнул и кивнул официанту, сделал заказ, как только тот подошел.
Варя ему рукой в ногу уперлась: и отодвинуться не спеша и вроде не очень рада его объятьям. Максим ее за руку взял, поцеловал в ладонь, заставив на себя посмотреть.
– Рассказывай.
– Что?
– Что с тобой.
– Ничего.
– Слышал – не верю. У меня глаза есть, Варя.
– Просто мысли, ― призналась.
От «просто мыслей» не мрачнеют, не меняются за минуту, ― подумал, и ясно стало, что видно, что-то нехорошее ей вспомнилось.
– Поделишься?
– Не стоит, ― за сигаретами опять потянулась – отобрал.
– Я вроде Варю обнимаю, а ощущение, что Влада.
– А кто просит? ― отодвинулась резко.
Даже так? ― глянул холодно.
– Может, еще поругаемся? Повод хороший – с ничего и вдруг.
Подкалывает, ― поняла, покрутила пепельницу.
– Я о друге подумала. Его, как раз Влад звали.
– Звали? ― качнулся к ней весь во внимании. Это и утихомирило раздражение.
– Он умер. Давно. Повесился, ― отвернулась. ― Бунтарь был. Но удивительный человек.
– Это его паспорт у тебя?
Варя уставилась растерянно: откуда знаешь?
– Ты там не очень на себя похожа, ― глаз прищурил.
– У меня отец – Скифарин.
– По странному совпадению?
В точку, ― притихла.
– Это он тебе образ парня навеял?
Девушка нахмурилась – у тебя фамилия Ванга, что ли?
– Тебе-то что?
– Ничего. Кроме одного – ты девушка.
– К сожалению, ― отрезала.
О, как! ― почувствовал раздражение. О Владе он понятия не имел и его явление, да еще в почившем виде, Максима не устраивало. Закурил, чувствуя, как внутри злость бурлить начинает.
– Первая любовь?