Скучное осадное сидение нарушилось, как это всегда и бывает, внезапно доставленными вестями с юга. Вестями, от которых у всякого дольинца волосы вставали дыбом.

Пронёсся слух, что Мастера Смерти перешли пограничный Сиххот «во силах тяжких», сокрушили немногочисленную пограничную стражу и прут на север во главе бесчисленной армии ходячих мертвецов, коей никто не в силах противостоять.

Сенор Деррано ходил мрачнее тучи. Байгли, оставшийся — пока Дигвил пропадал на юге — за правую руку отца, сидел тише воды ниже травы, боясь рот открыть.

Из Меодора, однако, приказа снять осаду и отправляться домой пока не пришло. Король Семмер не желал так просто расставаться с завоёванным. Больше того, нобилям разослали грамоту, требуя «делать альянс» с покорёнными меодорцами, говоря, что, мол, наступающие зомби ничего не оставят ни от дольинцев, ни от их северных соседей.

Сенор Деррано и рад был бы выполнить этот королевский указ, но — вот беда! — осаждённые в замке Венти ничего не желали слушать.

Все ждали вестей от Дигвила, отправившегося на краткую побывку домой и угодившего, судя по всему, в самое пекло.

Байгли тайком уже прикидывал, что случится, если его старший брат так и не вернётся. Сделаться наследником сенорства Деррано выглядело очень, очень заманчивым.

Но прежде, чем старый дон и его младший сын узнали что-либо о судьбе Дигвила, на левом берегу Роака, на дальнем холме появились чужие знамёна.

Чёрные со свившимся в кольцо белым драконом.

Прибежавшие с известием дозорные впервые в жизни увидели, как лицо сенора Деррано стало серым.

— Варвары, — прохрипел хозяин Деркоора. — Явились, стервятники. Учуяли поживу.

— Что же делать, батюшка? — высунулся Байгли. Страшные рассказы о северянах он слыхал, но на том холме, если не врут прознатчики, варваров жалкая горстка, против целого дерранского войска, испытанного и закалённого. — Прикажешь выстроить боевой порядок?

— Какой боевой порядок, остолоп! — зарычал старый сенор, замахнувшись на сына древком свёрнутого штандарта. — Расступиться! Дать им дорогу! Пусть делают что хотят!

— Но если они нападут…

— Если они нападут, — сенор сгрёб Байгли за воротник, притянул к себе, словно мальчишку, — разбегаться! И притом очень быстро! Я не желаю лишиться всего войска!

— Их же только…

— Неважно, болван! Я имел с ними дело, я знаю! Это не люди, это… это что-то иное, жуткое. Если б они хотели, то за считаные месяцы завоевали бы все десять королевств, а за год — и весь мир. Наше счастье, что им этого не нужно.

— А что же тогда?

— Если бы кто знал! Остаётся надеяться, что они тут не по наши души.

— А по чьи же?

Сенор Деррано промолчал. Байгли не дерзнул переспрашивать.

Осаждавшие не построились для боя. Вместо этого дерранцы приготовились «разбегаться», если потребуется.

Сам сенор Деррано и Байгли в полном вооружении ждали верхами, окружённые полусотней личной охраны, избранных рыцарей. Варвары на другом берегу реки тоже чего-то ждали, сбившись тесным клубком.

Ждали и осаждённые, жадно прильнув к бойницам; и лишь снег ничего не ждал, а тихо сеял себе на застывшую землю, сеял, словно и не должно было наступить никакой весны.

Снег точно так же падал и над берегом Долье, засыпал наплавной мост — опустевший, точно и не валила по нему совсем недавно густая толпа.

Беженцы прошли, Некрополис ещё не подоспел. Никто больше не выныривал из белого савана, опустившегося над несчастным Долье. Тихо и безлюдно на южном берегу реки, на северном — спасавшиеся от нашествия торопились убраться подальше отсюда, даже толком не понимая, куда именно они направляются в чужой, враждебной стране.

Дигвил Деррано стоял на середине моста. Не удержался, не смог расстаться со своими. Ожидание было невыносимым, и казалось, что любая схватка — лучше, чем торчать вот так, до рези в глазах вглядываясь в крутящиеся снежные струи.

С ним у переправы осталось почти четыре сотни — немалый отряд. Воины Деркоора, стражники, другие, из разрозненных полков, отбившиеся от своих, отставшие — но решившиеся остановиться. Если всё время бежать, то рано или поздно упрёшься в Безлюдный берег. Здешний, право же, скоро станет ничем не хуже.

Про себя Дигвил возблагодарил незамёрзшую Долье. Конечно, даже самые старые старики не помнили, когда мёртвые воины Некрополиса забирались так глубоко на север, но всё-таки, всё-таки — чистая, не отравленная магией Мастеров Смерти вода зомби вряд ли придётся по вкусу. Это вам не Сиххот, ими перейдённый по дну.