Рядом с Дигвилом раздавались команды, тонкая линия стрелков скрывалась за зубцами, готовая натянуть луки. Молодой дон ощутил, как покрывается потом ладонь в латной перчатке, невольно сглотнул набежавшую слюну — страх вцепился и драл, драл, драл немилосердно. Ему нельзя было сказать «исчезни!», только одолеть.

— Уезжайте, благородный дон, — Ариагос торопился. — Сколько сможем, простоим. Но не сдержим. В Деркооре есть рыцари?

Дигвил скрипнул зубами. Как же так? Как оставили рубеж без защиты?

Ответ, впрочем, он знал и сам. Довольно долго на границе царила тишина, мелкие группки мертвяков легко отбрасывались пограничной стражей, да и сам владыка Семмер не зря поднимал кубки на пиру в честь посланцев Высокого Аркана. Наверняка до Мастеров Смерти дошло, что у Долье с Навсинаем союз как раз на такой вот крайний случай.

— Скачите, дон, — уже настойчивее повторил старый воин. — Держава должна узнать. Должна подать помощь. Не так и далеко от их застав, если горным трактом… А мы уж тут постараемся.

Дигвил молча покачал головой. Нет, он не уедет. Байгли, тот небось не преминул бы унести ноги куда подальше, но он, будущий хозяин Деркоора?!

— Я своих людей, благородный дон Ариагос, не оставлю. — Дигвил осёкся, сообразив, что выходит напыщенно и грубо по отношению к седому рыцарю.

Однако тот лишь улыбнулся холодно да уронил на лицо кованое забрало.

— Тогда идёмте, благородный дон. Чай, такой забавы ещё не отведывали?

…Прочь от сиххотских бастионов уже летели, нахлёстывая своих гайто, несколько спешных гонцов с белыми от ужаса лицами. Им предстояло оповестить сеноров и благородных нобилей по всему Долье, предостеречь его величество в его временной столице — далёком Меодоре.

Дигвил поудобнее перехватил меч, со свистом рубанул воздух. Его воины угрюмо глядели на серые воды, откуда вот-вот должна была появиться армия Некрополиса.

Стрелки сенорства Илтеан молча и без суеты готовились — поджигали фитильки алхимических зарядов, привязанных к древкам. Обычному мертвяку простая стрела не повредит, только если подсечёт какое-нибудь важное сухожилие.

Ждать защитникам Долье пришлось недолго. Дигвилу приходилось слышать о невиданных укреплениях, возведённых на границе меж Некрополисом и Навсинаем, где кольями щетинилось даже дно реки; здесь же ни один серф, пусть и под страхом мучительной смерти, не согласился бы войти в мёртвые воды, где не водилось даже пиявок.

Зарябила серо-масляная гладь. Поднялись острия шлемов, капли скатывались с обильно смазанной жиром стали; вот показались лица, жуткие, нечеловеческие, словно навсегда искажённые предсмертной м'yкой; плечи, руки, туловища…

Ариагос взмахнул рукой. Стрелы сорвались, оставляя десятки дымных дорожек.

Невольно Дигвил позавидовал выучке илтеанцев — мало какой из выстрелов пропал даром. Трёхзубцовые наконечники, какие никогда не пойдут в ход против обычного врага, имели целью не пробить броню, а просто впиться, хоть как, но зацепиться.

Зомби пытались избавиться от вонзившихся, запутавшихся в кольчатых рубахах стрел, но получалось это у них неловко и медленно. Гостинцы дымили, и у Дигвила всё аж сжалось внутри — ну скорее же, скорее, что ж запалы так длинны!

Часть стрел мертвякам удалось сбить — видать, не столь уж они тупы, эти твари Некрополиса; однако неуклюжи и неповоротливы: на что рассчитывают Мастера Смерти со столь негодными вояками?

Перед зомби лежал крутой скат речного берега, старательно стёсанный и облицованный каменными плитами; над островерхими шлемами поднялись штурмовые лестницы, и в этот миг фитили наконец догорели.

По рядам мёртвого воинства прокатилась волна ярких вспышек, тотчас исчезавших в клубах плотного белого дыма. Вырвавшиеся на свободу языки алхимического пламени жадно грызли мёртвую плоть, прорываясь под сталь доспехов. Летели искры, но и мертвецы оказались не так просты — сбивали, захлопывали искры, не давая огню перекинуться на соседей, даже погибая сами. Дигвил сообразил, что думает о солдатах Некрополиса словно о живых, достойных чести воителях, и аж потряс головой, стараясь отогнать наваждение.

Изуродованные огнём останки молча валились под ноги уцелевшим; а те с прежним упорством продолжали устанавливать штурмовую снасть.

Вслед за первыми летели новые стрелы, дымные следы, словно исполинские копья, вонзались прямо в мёртвые ряды, но и зомби в задних рядах подняли арбалеты — их тетивы, верно, не боялись сырости.

— Пригнитесь, молодой дон! — рявкнул пожилой десятник с гербом Илтеан на доспехах.

Дигвил последовал совету — и вовремя. От стены вокруг его бойницы со звоном отскочило разом не меньше полудюжины железных болтов, высекая искры и каменную крошку.