– Ну и что? – Миша не слышал всей предыстории, поэтому пока ничего не понимал.

– Я думаю, она оживила этих собак… Они вырвались и покусали людей… Так было дело?

– «Покусали»? Двоих насмерть задрали! – крикнул Шестаков. – Черт побери, мне объяснят, что происходит? Что он за бред несет?

– Стой, стой, – Дрягин мучительно соображал, – а как быть с Сапкиным?

– Теперь я, видимо, могу ответить и на этот вопрос. Хотя с юридической точки зрения вам это ничего не даст.

– Ну?

– Степан Ильич сам описывал мне человека, который полностью подходит под ваши приметы убийцы.

– Ему угрожали?

– Да нет, это и не человек даже, просто порождение ночного кошмара… Маленький, с рыжей бородой… Здесь все гораздо сложнее. Скорей всего какие-то подсознательные образы… Он-то у меня никуда не путешествовал! Просто проходил лечение под аппаратом. По-видимому, душа может находиться в теле где угодно… И возможность выйти для нее создалась случайно…

– Так-так-так… Интересное кино… – Валера, не спрашивая разрешения, достал «беломорину» и закурил. Игорь даже не обратил на это внимания. – Вот не любил я вашего брата ученого никогда и, похоже, правильно делал.

В голове у Саши бешено крутились мысли. Тысячи самых разных вопросов просились наружу. Бабушка. Выходит, она сама так захотела? Доверилась абсолютно чужому человеку и ушла. Ушла счастливой? Тут же возникало азартно-детское, холодящее «под ложечкой», как на американских горках: а можно мне попробовать? И снова калейдоскоп поворачивался, яркая картинка вставала перед глазами: Света, идущая ему навстречу в сопровождении того неприятного человека… И страшная догадка – она… тоже?..

– Игорь Валерьевич, а как вы их возвращаете? – Саша задал первый попавшийся вопрос.

– Ну… Это, в общем, видно… – нехотя начал Поплавский, – да и аппарат мы давно усовершенствовали. Вначале действовали методом тыка: каждому давали по полминуты, по минуте. Потом я заметил, что биополе… ладно, назовем это так, – заметно меняется, пока человек… м-м-м… путешествует. Да зачем вам это?

– Не знаю. – Саша открыл уже было рот, чтобы спросить про Свету, но его опередил Дрягин:

– Все ясно. Больным своим ты помогал от самых добрых чувств, а здесь, – он обвел рукой кабинет Игоря, – делаешь все то же самое, но за денежки, так?

– Так. И считаю, в этом нет ничего противозаконного. Лицензия у Оздоровительного центра есть на все виды медицинских услуг. В конце концов, самый простой массаж сейчас стоит тысяч пятьдесят!

– Да пошел ты на хрен! Поплавский! Хоть бардак здесь устраивай! Мне по фигу! Я буду хулиганов ловить, а твои девочки – эротический массаж делать, разлюли малина! Но ты-то чем занимаешься?! Мало того, что ты людям в душу лезешь, так ты еще всю их дрянь сюда тащишь! Черт побери, если все мои ночные кошмары наружу вывернуть – я первый в петлю полезу!

– Ага, – понимающе встрепенулся Шестаков, – все-таки наркота, угадали?

– Сань, объясни ему по-скорому, а то у меня сейчас «крыша съедет» от этого нобелевского лауреата… – Валера бросил листки с таблицами на стол и тупо уставился в компьютер.

Кое-как с помощью Поплавского Саша пересказал Мише все, что удалось выяснить за последние три-четыре часа. Реакция была достойна популярной программы «Блеф-клуб».

– Не верю! – убежденно заявил Шестаков.

Еще через десять минут споров и объяснений он, кипя энтузиазмом, воскликнул:

– Здорово! Давайте я попробую!

В конце концов Миша полностью проникся общим настроением, сел на стул рядом с Игорем и мрачно спросил:

– Что делать будем?

– А с чего это вы решили, что МЫ с вами будем что-то делать вместе?

– Ладно, – Валера устало махнул рукой, – не форси, Мишаня прав, одних твоих ученых мозгов здесь маловато.

Игорь уже было совсем собирался обидеться на «ученые мозги», когда лейтенант Дрягин, сделав паузу, заговорил снова:

– Ну, хорошо… Научился душу из тела вытаскивать… что, настоящую душу?

В комнатке повисла тяжелая тишина. Саша судорожно сглотнул, забывая про свой грипп. В самом деле – о чем они? Если оказывается, что существует ДУША?! То… это что ж… и ад, и рай… и после смерти еще что-то?!

Очевидно, примерно так же подумали и милиционеры.

– Настоящую душу? – Игорь слабо улыбнулся. – Да, господа-товарищи, это было первое, что пришло в голову и мне. Душа! Подумать только!.. Туринская плащаница… Голгофа… впору все бросать и в монастырь, в келью, в отшельники…

– Римский папа тебя б озолотил, – мрачно пошутил Миша. Судя по выражению его лица, в монахи он уходить не собирался.