— Ну, давай, Стас, выкладывай, не томи, — продолжила Джина. — В жены зовешь?

— Нет! — выкрикнул тот, окончательно запутавшись. — То есть да!

Но взял себя наконец в руки.

— Давай об этом наедине после поговорим, а пока я о другом. Зачем вам неизвестно где жить? Заселяйтесь к нам на второй этаж!

— Он не достроен! — вмешался Артем. — Им там плохо будет.

— Чего это плохо? — возразил Стас. — Все, что для жизни надо, там есть, а кровати поставим с матрацами…

Артем тронул Джину за плечо:

— Живите лучше у меня, комнат свободных в доме хватает.

— Вы чего, пацаны, всерьез это? — спросила растерявшаяся девушка.

— Да! — ответили они чуть ли не хором.

— А родители в курсе, что вы их жилплощадью распоряжаетесь?

— Я с отцом по телефону поговорил, он не против, — заверил Артем.

— А мои старики сами предложили! — с гордостью заявил Стас.

Девушке польстило подобное внимание.

— Спасибо, — сказала она, — правда, спасибо. Но мне нужно с родителями посоветоваться, не я одна решаю.

Когда она отошла, друзья смущенно переглянулись.

— Она уже взрослая девушка, — сказал Артем.

— Ты только что это заметил? — Стас усмехнулся.

— Нравится она тебе?

— А ты ей? — вопросом на вопрос ответил Стас и, вдруг захохотав, ткнул друга в плечо. — Не переживай, старичок, без девушки не останешься! В Москве гламурную блондинку себе отхватишь с ногами прямо от самых ушей… Хотя, скорее, она тебя, сыночка богатенького папаши!

— Иди ты знаешь куда?

— Знаю, но не пойду, и не уговаривай!

Вернувшись с семейного совета, Джина объявила, что единогласно было принято решение временно поселиться на втором, недостроенном этаже коттеджа Кузнечихиных.

— Но почему? — удивился Артем. — У нас и места больше, и дом давно достроен!

— Извини, но мои боятся твоего отца, — пояснила Джина.

— Но почему? — повторил Артем.

— Просто боятся, и все. Неосознанно.

— Его и учителя боятся, мне завуч говорила, — добавил Стас.

— Ага, боятся! — возмутился Артем. — А как только деньги на ремонт нужны, директор тут же ему звонит!

— Кому еще звонить? — усмехнулся Стас. — Моему, что ли, временно безработному?

— Тем более что мой отец с Кузнечихиным-старшим, оказывается, приятели. — Джина повернулась к Стасу. — Ты в курсе был?

Тот кивнул:

— Видел пару-тройку раз, как они на веранде водку глушили…

— Я так и знал, что папа и здесь мне все испортит… — пробормотал обиженный Артем.

— Не грусти, старичок, помни о мобильной блондинке, что ждет не дождется тебя в столице. Всех ведь уже извела! Когда да когда приедет из своей иркутской задницы принц с яйцами золочеными, Артемка свет Беликов!

— Иди ты… — отмахнулся тот, направление не обозначив.

— Какая блондинка? Это вы о чем? — живо заинтересовалась Джина.

— Все о своем, о девичьем…

Дальнейшие выяснения, весьма девицу заинтересовавшие, были прерваны торжественным въездом на школьную автостоянку кортежа, состоявшего из двух представительского класса авто, легковушки местного телеканала, автобудки на базе японского грузовичка и походной кухни в придачу.

Как вскоре выяснилось, к погорельцам прибыл кандидат в депутаты областной Думы Николай Тимофеевич Алексеев, как всегда, благообразный, румяный, напоминающий чем-то господина Чичикова из «Мертвых душ». Одет он был в строгий костюм и отрекомендовал сам себя на мгновенно возникшем митинге как бизнесмена и мецената.

Начал он с того, что выразил соболезнование родственникам погибшей бабушки, а также всем, потерявшим жилье. Пообещав, что власти их в беде не оставят, от себя лично привез для раздачи всем желающим одеяла, спальные мешки и медикаменты. Также он сообщил, что всем семьям, которые будут размещены в хандабайском лицее, он обеспечит трехразовое горячее питание и за свой счет построит в новом поселке десять благоустроенных домов.

Все это, конечно же, снималось на камеру.

— Пиар, — презрительно заметил Артем.