— Я не об этом хотела сказать, — промолвила она, ее сердце учащенно забилось.

— Нет, конечно нет. Ты просто забыла, что я помог тебе. Но я, несомненно, несправедливо поступаю с тобой.

Пейдж отвела от лица прядку волос, которые трепал ветер.

Алексей посмотрел на ее губы, и его взгляд стал сумрачным. Но вот он отвернулся от нее.

— Я поблагодарила тебя за помощь той ночью.

Но с тех пор ты не сделал ничего отвечающего моим интересам. Ты делал только то, что выгодно для тебя.

Он обернулся и резко взглянул на нее:

— Думаешь, я очень хотел жениться на тебе? Считаешь, я жаждал привезти тебя сюда?

Его слова ударили Пейдж больнее острого ножа.

— Ты принял такое решение, Алексей, а не я. Если ты так об этом сожалеешь, то почему не отпустишь меня домой?

— Ты дома, — отрезал он. — Ты вынашиваешь моего ребенка, и теперь этот дом твой.

Она скрестила руки на груди, ее лихорадило.

— Я иногда сожалею о том, что мы встретились.

На его лице промелькнула непонятная эмоция.

— Уже слишком поздно о чем-то сожалеть. Мы должны расхлебывать последствия наших поступков.

Она моргнула:

— Последствия наших поступков? Значит, так ты относишься к этому ребенку?

— Разве он не является последствием того, что между нами произошло? — Он подошел к ней ближе.

Она подумала, что он протянет к ней руки, но он продолжал стоять, засунув руки в карманы. Его светлые глаза сверкали.

— Почему ты говоришь о ребенке «он»? У нас может родиться девочка, — сказала она тихо.

— Не имеет значения, — сказал он. — Ребенок является потомком княжеского рода Вороновых, и я буду защищать его или ее до последнего вздоха.

Пейдж вздрогнула, услышав его решительное заявление. Алексей — порядочный человек, который держит слово.

Хотя он не во всем поступает порядочно.

— Я хочу знать, — промолвила она и глубоко вздохнула, чтобы набраться смелости, — почему ты уничтожил компанию «Рассел текнолоджис». Я хочу понять.

Алексей отвел взгляд и посмотрел вдаль, словно разглядывая что-то за горизонтом.

Когда он взглянул на нее и заговорил, его слова потрясли ее до глубины души.

— Тим Рассел погубил мою семью.

Почувствовав слабость в ногах, Пейдж снова опустилась на скамейку. Выражение лица Алексея было резким, его переполняли эмоции. Она не ожидала услышать подобный ответ, ее сердце сочувственно сжалось.

— Я сожалею. — Она не знала, как еще отреагировать.

Он отвернулся и встал к ней в профиль, по-прежнему глядя куда-то вдаль.

— Моя тетя была балериной Большого театра. Она познакомилась с Тимом Расселом, когда находилась на гастролях с труппой театра в США. Спустя какое-то время они поженились.

Пейдж застыла на месте. Тетя Алексея замужем за отцом Чада?

— Но это значит…

— Что Чад — мой двоюродный брат.

— Я встречалась с его матерью, — тихо промолвила она, — но понятия не имела, что она русская.

И Чад никогда не упоминал о своем родстве с Алексеем Вороновым, которого считал заклятым врагом.

Но ведь Пейдж всего лишь наемный работник. Зачем ей вникать в подробности личной жизни своего босса? Поэтому она и не вмешивалась. Хотя, узнав о тайном романе своей сестры с Чадом, почему-то почувствовала, что ее предали.

— Разве ты никогда не задавалась вопросом, где он научился говорить по-русски? — спросил Алексей.

— Я думала, он изучал русский язык в университете. — Она уставилась на сложенные на коленях руки и покраснела.

— Он научился говорить по-русски от своей матери. Благодаря ей он научился ненавидеть мою семью.

— Но почему? — спросила Пейдж, не понимая, что за причины побудили Елену Рассел так себя вести.

Она считала мать Чада немного высокомерной, но никогда не думала, что эта женщина способна на грубость и ненависть. Она появлялась в компании сына несколько раз и была приветлива, но сдержанна.

Выражение лица Алексея стало каменным.

— Члены семьи моего отца считали, что моя мать имеет слишком низкое происхождение, чтобы стать княгиней. С этого начались все проблемы. Когда мой отец умер, моя бабушка изгнала нас из семьи. Сама она этого не делала, но ей были известны люди в определенных кругах, благодаря которым моя мать стала изгоем.