Он какое-то время не сводил с нее глаз.

И когда Селена подумала, что сейчас Аристидес скажет, каким же дураком он был, схватит ее, сожмет в своих объятиях и заверит, что ему нужна, всегда была нужна только она одна, он развернулся и направился к выходу.

Селена потрясенно смотрела ему вслед.

Он уходит? Н-но… как он может!

Селена вздрогнула, когда за ним захлопнулась входная дверь.

Она не могла сдвинуться с места, не могла поверить, что он не вернется.

Но он не вернулся.

Неужели ее худшие опасения оказались правдой, а не паранойей?

Селена не знала, сколько она простояла так, оцепеневшая, дрожащая.

Наконец она пошевелилась и, собрав остаток сил, побрела наверх, в комнату Алекса.

Она не могла поддаться боли. Ради сына. Ей придется оставаться в дружественных отношениях с Арисом. Это его право — быть частью жизни своего сына, не будучи связанным с ней. И это его право — любить своего сына, не любя ее.

Алекс заворочался во сне. Она взяла его на руки и принялась убаюкивать. По ее щекам текли слезы, падая на шелковистые кудри сына.

Она была счастлива. За него. Теперь, кроме матери, у него есть отец, который любит его больше жизни. Что до нее самой, ей нужно снова стать прежней уверенной в себе женщиной, которой она была до того, как отдала свое сердце Арису. Мужчине, которому ее сердце оказалось ни к чему. Она не питала иллюзий, что когда-нибудь найдет свое счастье. Все, на что она могла надеяться, это найти какое-нибудь прибежище, чтобы пережить агонию и прийти в себя.

Несколько часов спустя, когда она упаковала их вещи и играла с Алексом, в уме прокручивая, что скажет Аристидесу, чтобы расстаться с ним по-дружески и обговорить дальнейшие планы на совместное воспитание ребенка, кто-то забарабанил во входную дверь.

Когда Селена открыла, она увидела перед собой Таки, водителя Аристидеса.

— Госпожа Лувардис, господин Сарантос настоятельно требует, чтобы вы пошли за мной, — выпалил этот коренастый смуглый мужчина.

— С ним все в порядке? — разволновалась Селена.

Таки посмотрел на нее так, как будто она сказала какую-то глупость:

— Он ждет вас.

Она изумленно посмотрела на Элен, которая пришла посидеть с Алексом. Элен только широко улыбнулась, давая понять ей, что она может не торопиться.

Решив, что она узнает все от самого Ариса, Селена забралась в лимузин. Следующие полчаса она любовалась красотой залитого солнцем Средиземного моря и пышной зеленью, которая росла по обеим сторонам черной асфальтовой дороги, ведущей вдоль изумрудного побережья.

Наконец Таки затормозил рядом с «порше» Аристидеса и помог Селене выбраться из машины. В миг для нее перестал существовать весь окружающий мир.

Селена зачарованно смотрела перед собой.

В сотне метров от дороги, на другом конце красной ковровой дорожки, усыпанной лепестками роз, окруженной фонарями и охапками лилий, в двух шагах от воды стоял огромный белый шатер, мягко развеваемый вечерним бризом.

Там, на другой стороне этой огненно-цветочной дорожки ее ждал Аристидес, одетый в белую сорочку и белые брюки, которые подчеркивали бронзовый загар его совершенного тела. Легкий ветерок развевал его золотистые, длиной до плеч волосы.

Селена думала о том, как подойдет к нему ближе и посмотрит в его глаза, чтобы увидеть в них отражение того чуда, о котором мечтает каждая женщина.

Дрожа всем телом, Селена сделала несколько шагов вперед. Казалось, морской бриз оживил и ее волосы. Она пыталась усмирить их и чуть не налетела на Аристидеса.

Потрясенно смотрела она, как он… Арис… становился перед ней на одно колено.

Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Она никогда бы не подумала, что Аристидес Сарантос может поставить себя в такое положение.

Но он не остановился на этом.

Он протянул ей бархатную коробочку цвета морской волны. Селена открыла ее и ахнула от изумления.

Там она увидела сапфир, самый совершенный камень, который она когда-либо видела, в точности такого же цвета, как ее глаза. Он поглощал золотые лучи вечернего солнца и мерцающие огни факелов и отражал их, переливаясь радугой восхитительных оттенков небесной лазури и морской синевы.

Она оторвала взгляд от драгоценного камня и посмотрела на Ариса.

— Agape mou, ты выйдешь за меня замуж? — с мольбой в голосе спросил он.

Арис смотрел снизу вверх на Селену, его сердце едва билось от волнения.

Когда с ее губ не слетело никакого восторженного «да», его пронзила ужасная мысль.

Что, если она не хотела принадлежать ему? Что, если она соглашалась только на то, чтобы делить с ним заботу о сыне, но ничего большего? Может, его тактика воздержания от близких отношений привела к тому, что Селена пришла к выводу, что он ей не нужен?