— Вам удалось его сфотографировать? — Форд не мог поверить в свою удачу.

— Потом у меня возникла идея: я по Интернету проверила данные метеорологического буя Го Муус — никаких волн. Я догадалась, что он упал на остров, а не в воду. При помощи фотографии я примерно вычислила место падения. Позаимствовала отцовский рыбацкий катер, взяла подружку, и мы отправились на поиски.

— А с чего вдруг такой интерес к метеоритам?

— За метеориты платят большие деньги.

— А вы настоящая предпринимательница.

— Для отвода глаз мы сочинили историю про пиратские сокровища.

— Теперь все проясняется, — сказал Форд.

— Да-да. У этого наркомана было уже настолько плохо с головой, что он, искренне уверовав в россказни, бросился за нами в погоню, напал и потопил отцовский катер. Страховая компания отказалась платить.

— Сочувствую.

— Отец продолжает расплачиваться за катер, которого уже нет. Мы рискуем потерять дом. Так что теперь вам должно быть понятно, зачем мне деньги — купить ему новый катер.

От волнения на ее глазах выступили слезы. Форд сделал вид, что не замечает.

— Итак, вы нашли кратер, — непринужденно продолжил он. — И как же выглядел этот метеор?

— Разве я говорила, что нашла метеор?

Форд почувствовал, как забилось сердце. Интуитивно он уже понял, что девушка не лжет.

— Вы не нашли в кратере метеора?

— А вот теперь мы подошли к информации, за которую вам придется заплатить.

Форд долго смотрел на нее испытующим взглядом.

— Можно поинтересоваться, почему девушка с такими мозгами работает официанткой в Дамарискотте, штат Мэн?

— Я вылетела из колледжа.

— Какого?

— Из Принстона.

— Из Принстона? Не того ли, что где-то в Джерси?

— Очень смешно.

— На кого учились?

— Вообще-то на медика, но я много занималась физикой и астрономией, брала дополнительные курсы. Слишком увлеклась. Потом провалила органическую химию, лишилась финансовой поддержки.

Форд немного поразмыслил — чем черт не шутит?

— Случилось так, что у меня на днях как раз материализовалась сотня тысяч, которая мне в общем-то не особо и нужна. Могу предложить вам потратить ее на покупку нового катера. Но с условием. С настоящего момента вы работаете на меня и храните полную тайну — ничего никому не говорите, даже своей подруге. А на новом катере мы в первую очередь отправимся к кратеру. Договорились?

Девушка поразила Форда необыкновенной лучезарностью своей улыбки.

— Договорились, — сказала она, протягивая ему руку.

Войдя в квартиру своего приятеля — полуподвальное помещение в Верхнем Вест-Сайде, — Марк Корсо кинул на стол почту и рухнул в кресло. Откинув голову на подушку, он закрыл глаза. Тело будто налилось свинцом; от начинавшегося похмелья становилось больно шевелить глазами. Последние три ночи в «Мото» он работал в две смены, и, чтобы не сломаться, приходилось постоянно прикладываться к стоявшей под прилавком «отвертке». Однако даже при таком сумасшедшем режиме не удавалось заработать достаточно, чтобы расплатиться за свою долю квартплаты. Он очень рассчитывал на выходное пособие и с нетерпением ждал чека из НЛРД. Ту малость остававшегося у него свободного времени он посвящал поискам работы и анализу содержавшихся на жестком диске изображений, которые с маниакальным упорством пытался довести до совершенства. Он почти не спал. А еще Корсо жутко тосковал по Марджори Люнг, представляя ее гибкое обнаженное тело днем и ночью. Он несколько раз разговаривал с ней и убедился, что их отношениям не суждено продолжаться, хотя они и оставались приятелями.

Борясь со сном, он приподнялся и взглянул на полученную корреспонденцию — скупые ответы на запросы по поводу трудоустройства. Усилием воли он сгреб стопку конвертов, открыл первый из них и прочел верхнюю строчку. Бросив на пол смятое письмо, Корсо открыл следующее, третье, четвертое…

Под ногами росла куча скомканной бумаги.

Шестое, и последнее, сразило его наповал. Оно оказалось из отдела кадров Калифорнийского технологического института, руководившего НЛРД. Поначалу он принял его за тот самый долгожданный чек, но, открыв конверт, обнаружил там лишь письмо. Он просмотрел его, не веря своим глазам, и невольно остановился на первом абзаце.

Прочитав это дважды, он бросил письмо на стол. Нет, это происходило не с ним. Ему должны были выплатить двухнедельное выходное пособие и компенсацию за неиспользованный двухнедельный отпуск — более восьми тысяч в общей сложности. И вот он после стольких лет успешной учебы прозябает в затрапезной квартирке своего приятеля с менее чем пятьюстами долларами на счету и таким количеством израсходованных кредиток, что они не помещаются в его бумажнике, а он даже не может внести квартплату.

В нем неумолимо поднималась ярость. Мерзавцы из НЛРД ответят за все. Они обязаны выплатить ему восемь тысяч долларов, и он получит свои деньги так или иначе. Должен быть способ до них добраться.

В дверях появился сосед по квартире.

— Эй, Марк, не хочу тебе надоедать с квартплатой, но мне нужны деньги. И чем быстрее, тем лучше.

С чемоданами в руках Марк Корсо подошел к крыльцу старого материнского дома в Гринпойнте и позвонил в дверь. Похмелье разыгралось не на шутку, глаза болели, и пришлось забивать запах изо рта обилием зубной пасты. Он так и не решился на упредительный телефонный звонок. Из дома донеслось шарканье, звук открываемых замков и дребезжащий голос матери.