Безбашенные сопровождали эшелон колонны. Их роте полагалось защищать «тридцатьшестерки» и полугусеничные транспортеры «Геракл», которые перевозили большую часть оставшихся припасов. И поскольку орки наступали на пятки, они рисковали больше других.

Позади «Последних молитв-II» шли «Старая костедробилка» и несколько «Леманов Руссов» класса «Победитель» из Двенадцатой механизированной дивизии генерал-майора Реннкампа. Вульфе не знал парней из их экипажей, но это было не важно. К какой бы дивизии ни относились гвардейцы, они теперь считали друг друга братьями. Их осталось немного — всего несколько тысяч, плотно упакованных в три-четыре сотни машин. В то же время разведчики, замыкавшие арьергард, докладывали, что орочья бронетехника, гнавшаяся за ними по горной тропе, насчитывала тысячи или десятки тысяч машин. Только глупец повернулся бы к ним лицом. Кадийцы могли двигаться только вперед. И хорошо, что на этом же решении настаивали техножрецы.

Тропа и без орков оставалась крайне опасной. Сержант высматривал сквозь пыль возможные препятствия и, как мог, подсказывал водителю необходимые маневры. Внезапно он подумал о лейтенанте ван Дрое. После смерти Виннеманна тот вел себя подозрительно тихо. Это не нравилось Вульфе.

— Командир «Меча» вызывает ротного, — сказал он по вокс-связи. — Это Вульфе, сэр. Прошу ответить. Прием.

— Ротный слушает, — отозвался ван Дрой. Его голос звучал тускло и печально. — Чем могу помочь?

Вульфе не хотел обидеть лейтенанта каким-нибудь опрометчивым словом.

— Просто докладываю, сэр. У нас пока тихо. Никаких признаков орков. Может быть, им надоест глотать пыль и они прервут погоню?

— Как долго ты служишь, Вульфе? Тебе уже пора разбираться в поведении орков.

— Я знаю, сэр, что они не отстанут. Это просто мои мечты. Послушайте… насчет полковника, сэр…

— Говорите. Я слушаю, сержант.

Тон лейтенанта подсказывал, что Вульфе ступил на опасную почву.

— Я скучаю по нему, сэр. Вот, пожалуй, и все.

Ван Дрой молчал добрых десять секунд. Вульфе подумал, что он сейчас закроет канал, но лейтенант заговорил:

— Знаешь, Оскар, когда молодые люди выходят живыми из первого сражения, они ведут себя как дети. Не важно, офицеры или рядовые. Они чувствуют себя неадекватными, смущенными и напуганными. Они как будто больше не принадлежат себе. И страх, который обуревает их, иногда приводит к странным поступкам… Ты никогда так себя не чувствовал?

— Бывало, сэр, — признался Вульфе. — Конечно, чувствовал, хотя и давно.

— Я никогда не забуду это состояние, — задумчиво произнес ван Дрой. — Я ненавидел свою неопытность, как заклятого врага. Мне казалось, что я превращаюсь в невыносимое бремя для других людей. Я хотел набраться у них знаний, а им не хватало времени, чтобы учить меня. И тогда Виннеманн помог мне преодолеть неуверенность в себе. В ту пору он был капитаном. До своего ранения он славился как лучший командир.

— Он всегда был хорошим человеком, сэр, — согласился Вульфе.

— Великим человеком, — подтвердил ван Дрой.

В разговоре снова наступила пауза.

— Ситуация у нас сейчас адская, сержант. Но какой бы шанс у нас ни оставался, заставь полковника гордиться нами. Я думаю, мы многое могли бы сделать в его честь. Понимаешь?

Вульфе показалось, что он понял лейтенанта. На хороший результат операции рассчитывать не приходилось. Ситуация ухудшалась с каждым днем. Поэтому ван Дрой искал какую-то духовную опору. И несмотря на бардак, царивший в «Экзолоне», он нашел ее в чести полка — в своем долге перед полковником Виннеманном. Вульфе надеялся, что он сможет последовать его примеру. Если у ван Дроя получилось, то, возможно, выйдет и у него. Прежде всего он был гвардейцем и кадийцем!

— Будем сражаться за честь полка, — сказал он ван Дрою. — Если нам предстоит погибнуть, мы уйдем с адским звоном.

Голос ван Дрой заметно повеселел.

— Вот это правильно, Оскар, — согласился он. — Нас, Безбашенных, осталось мало, но мы докажем, что не зря получили свое прозвище. Клянусь Троном!

— Еще как докажем, сэр! — поддержал его Вульфе. — Можете рассчитывать на мой экипаж.

— Я знаю, сержант, что ты не подведешь. Ладно. До связи.

* * *

— С вами снова хочет поговорить генерал-майор Киллиан, — доложил адъютант.

Берген, находившийся в куполе, переключил канал на вокс-гарнитуре.

— Какие новости, Клот?

— Сейчас расскажу. Вот что доложил мне командир разведчиков. Тропа ведет нас прямо в облака. Через сотню метров она сворачивает в сторону и заканчивается у какого-то сооружения. Видимость слабая. Продвигаться дальше опасно. Но это не все. Разведчики нашли что-то очень странное. Я думаю, вы должны посмотреть на это сами.