— Пора, пожалуй, ужинать, — вдруг заявила Эстер и с независимым видом направилась к столовой.

— Вы правы, — холодно согласился Билл. — Вы позволите? — Он взял ее под руку. — Если хотите, после ужина мы могли бы пару часов поработать.

— Не пойму, чего вы хотите?

— Я имел в виду, что у вас наконец появилась реальная возможность всерьез покопаться в столь любимых вами бумагах и счетах.

— Этого шанса я не упущу, — заверила молодая женщина и высвободила свою руку.

Было уже десять часов вечера, когда они, проведя несколько часов в кабинете, и вправду решили наконец поставить точку. Эстер детальнейшим образом просмотрела все акции и бумаги принадлежавших ему компаний и тех, в делах которых он принимал участие. Зевнув, она, наконец, заявила, что на сегодня труды пора завершить.

— Вам, исходя из количества документов, был бы нужен собственный юрист. Никому из Картеров не приходила мысль создать холдинговую компанию?

— Об этом я прогудел все уши отцу еще много лет назад, но он не верил во все эти, с его точки зрения, новомодные штучки. — Билл состроил смешную гримасу и развел руками. — До момента кончины отца большую часть времени я тратил на то, чтобы скрыть от него следы своей, надеюсь, созидательной деятельности.

— Он не готовил вас к управлению своей империей?

— Не совсем так — по-своему готовил. Но до поры до времени я должен был демонстрировать не свою силу, а его. То есть казаться во всех сферах деятельности слабее старика.

Эстер улыбнулась.

— Вы уж простите меня, если это прозвучит несколько бесцеремонно, но вряд ли в вашей семье царил дух взаимной любви и доверия. Ну а в новых условиях, когда вам никто уже не мешает, почему бы не создать холдинговую компанию?

— Может быть, вы возьметесь за это нелегкое дело?

Глаза Эстер округлились от удивления.

— Вы, конечно, шутите?

— О нет! Я говорю более чем серьезно. И могу дать гарантию, что это будет очень хороший шаг в вашей карьере.

Эстер опустила глаза. Предложение лестное, но…

Билл ухмыльнулся.

— Что вас смущает? Необходимость работать вместе со мной?

— Если хотите знать, да. — Эстер смотрела прямо на него, в ее широко раскрытых зеленых глазах можно было заметить смущение. Он подался вперед.

— Мы устроим все так, чтобы сохранить полную вашу независимость… Если наши личные контакты будут мешать работе, мы откажемся от них.

— А почему вы считаете, что личные контакты могут обернуться проблемой? — наивно спросила молодая женщина и тут же пожалела, что эти слова сорвались с языка.

— Когда я наблюдал, как вы рассматривали мой злосчастный портрет, то понял, что вы способны на интриги. Вот вам мое объяснение.

Снова он старается ее обидеть. Эстер едва сдерживала слезы. Переведя дыхание, она еле слышно сказала:

— Не могу понять направление и суть нашего разговора…

Его голубые глаза сузились.

— По-моему, Эстер, вы и не пытаетесь сделать этого, просто не желаете понять главного из того, что я вам втолковываю.

— Вы имеете в виду… неотвратимость моего согласия лечь с вами в постель?

— Естественно. Дело в том, что какие бы отношения ни возникли между нами, они никогда не станут так неприятны вам, как это было в случае с Патриком Керром.

— Вам-то откуда знать?

— Все очень просто. Между нами может произойти только то, что будет приятно вам, что случится в соответствии с вашим желанием. Основанное на абсолютной честности, это станет проявлением настоящей жизни, а не чего-то схоластического, стерильного, противоестественного. Не исключено, что скоро Эстер Олдфилд превратится в живую, теплую, полнокровную и… темпераментную женщину. Ведь пока вы только бездушный калькулятор.

Эстер закрыла глаза и, порывисто вскочив, выбежала из кабинета.

— А зачем? — напряженным голосом спросила Эстер на следующее утро, услышав приглашение Картера к полету по окрестностям.

— Во-первых, мне казалось, что небольшой перелет успокоит ваши нервы, а во-вторых, я хочу увидеть реальную ситуацию с распространением наводнения.

— Что касается моих нервов, то они в полном порядке.

На это замечание Билл ответил:

— Тогда это путешествие должно настроить вас на лирический лад.