– Работаю над этим, Армандо, – ответил я, передавая ему фотографию. – Мы получили ещё одну.

Армандо вздохнул, забирая фото из моих рук. Он был худым мужчиной с черными волосами, которые постоянно зализывал назад.

– Армандо великодушно дает согласие на рассмотрение вашего прошения.

Он поднял снимок вверх.

– Знаешь, Стив, – сказала Айви, проталкиваясь через комнату, – если ты ещё собираешься создавать галлюцинации, тебе действительно стоит подумать над тем, чтобы делать их менее раздражающими.

– Тихо, женщина, – промолвил Армандо. – Обдумала ли ты требование Его Величества?

– Я не выйду за тебя, Армандо.

– Ты была бы королевой!

– У тебя нет трона. И когда я проверяла в последний раз, в Мексике – президент, а не император.

– Наркобароны угрожают моему народу, – изрёк Армандо, пристально разглядывая снимок. – Они голодают и вынуждены преклонятся пред волею чужих сил. Это позор. Снимок – настоящий!

Он вернул фото.

– И все? – я спросил. – Тебе не надо проверить на компьютере?

– Али не я эксперт в фотографии? – вопросил Армандо. – Не вы ли пришли с жалким прошением? Я сказал своё слово. Он настоящий. Не поддельный. Фотограф, однако, фигляр. Он ничего не знает о тонкостях этого искусства. Эти снимки оскорбляют меня в своей прозаичности.

Он повернулся к нам спиной, снова уставившись в окно.

– Ну, теперь-то можно я в него стрельну? – спросил Джей Си.

– Соблазнительное предложение, – ответил я, переворачивая фотографию. Одри осмотрела почерк на обороте и не смогла сопоставить его ни с одним психологом, профессором или любой иной группой, не оставляющей попыток изучить меня.

Я пожал плечами, затем достал свой телефон. Номер был местный. Я услышал один гудок, прежде чем трубку подняли.

– Алло? – произнёс я.

– Могу я прийти к вам, мистер Лидс? – женский голос с легким южным акцентом.

– Кто вы?

– Человек, посылающий вам головоломки.

– Ну, это я и так понял.

– Можно я приду?

– Я... ну, почему бы и нет, наверное. Где вы находитесь?

– У вас за воротами.

Трубку положили. Секунду спустя кто-то позвонил в главные ворота.

Я посмотрел на остальных. Джей Си метнулся к окну с пистолетом в руке и взглянул на подъездную дорогу. Армандо сердито на него посмотрел.

Мы с Айви вышли из комнаты Армандо и направились к лестнице.

– Ты вооружен? – спросил Джей Си, догоняя нас.

– Нормальные люди не разгуливают по своему дому с пистолетами подмышкой, Джей Си.

– Разгуливают, если жизнь дорога. Иди, возьми свою пушку.

Я поколебался, затем вздохнул.

– Впусти её, Уилсон! – крикнул я, но направился в свои комнаты – самые большие во всем доме – и взял свой пистолет с прикроватного столика. Я засунул его в кобуру подмышкой и надел пиджак. Быть вооруженным и вправду было прекрасным ощущением, но стреляю я преотвратно.

К тому времени как я спускался к главному входу, Уилсон уже открыл дверь. В дверях стояла темнокожая женщина лет тридцати, на ней была черная куртка, деловой костюм, на голове – короткие дреды. Она сняла солнечные очки и кивнула мне.

– В гостиную, Уилсон, – сказал я, наконец, спустившись. Он отвел её туда, я вошёл следом, подождав пока пройдут Джей Си и Айви. Тобиас был уже в комнате, сидел и читал книгу по истории.

– Лимонад? – спросил Уилсон.

– Нет, спасибо, – ответил я, закрывая дверь, оставив Уилсона с другой стороны.

Женщина расхаживала по комнате, рассматривая декор.

– Милое местечко, – произнесла она. – Вы купили всё это на деньги людей, просивших вашей помощи?

– Большая часть досталась мне от правительства, – сказал я.

– А говорят, что вы на них не работаете.

– Не работаю, но работал. В любом случае, многое из этого появилось на деньги от гранта. От профессоров, которые хотели изучать меня. За эту привилегию я начал заламывать бешеные цены, предполагая, что это их отпугнет.

– Но не сработало.

– И не работает, – ответил я, поморщившись. – Присаживайтесь.

– Я постою, – откликнулась она, разглядывая моего Ван Гога. – Меня зовут Моника, кстати.

– Моника, – повторил я, доставая две фотографии. – Должен сказать, довольно впечатляет, что вы ожидаете, будто я поверю в вашу нелепую историю.

– Я еще не рассказала вам никакой истории.

– Но расскажете, – ответил я, кидая фотографии на стол. – Историю о путешествии во времени и, очевидно, о фотографе, который не знает, как пользоваться вспышкой по назначению.