Шрифт:
Голос Макбета(совсем близко). Иду-иду.
Банко. Простите, ваше высочество, я должен накормить своих подчиненных. Хороший генерал — родной отец солдатам. (Уходит налево.)
Голос Макбета(звучит еще ближе). Вот и я! Вот и я!
Макбет входит слева.
Макбет(приветствует леди Дункан). Миледи, мы славно послужили нашему возлюбленному монарху. Кандор в наших руках. Гламиса преследуют на горе. Он окружен. Ему от нас не ускользнуть.
Леди Дункан. Так это и есть генерал Макбет?
Макбет(с глубоким поклоном). Ваш покорный слуга, ваше высочество.
Леди Дункан. У меня сохранился в памяти совсем другой образ. Вы не очень-то похожи на самого себя.
Макбет. Когда я утомлен, черты моего лица и в самом деле меняются и я становлюсь не похож на самого себя. Меня принимают за моего двойника, а иногда — за двойника Банко.
Леди Дункан. Должно быть, вы частенько и сильно переутомляетесь.
Макбет. Война — занятие не из легких. На войне как на войне. Профессиональный риск...
Леди Дункан протягивает Макбету руку. Тот целует ее, преклонив колено. Затем вскакивает.
Надо бежать.
Леди Дункан. Я спешу к эрцгерцогу с доброй вестью.
Голос Банко(из-за кулис). Всякая опасность миновала.
Леди Дункан идет к правому входу. Усиленно машет рукой и возвращается на середину сцены. Слышны фанфары.
Леди Дункан. Он сейчас явится.
Макбет. Его высочество эрцгерцог!
Офицер(появляясь). Его высочество эрцгерцог!
Голос Банко. Эрцгерцог!
Леди Дункан. Вот и эрцгерцог!
Голова Банко(то появляется, то исчезает). Эрцгерцог!
Офицер. Эрцгерцог!
Макбет. Эрцгерцог!
Леди Дункан. А вот и эрцгерцог!
Голос Банко. Эрцгерцог!
Офицер. Эрцгерцог!
Макбет. Эрцгерцог!
Леди Дункан. А вот и эрцгерцог собственной персоной!
Голова Банко. Эрцгерцог!
Офицер. Эрцгерцог!
Макбет. Эрцгерцог!
Леди Дункан. А вот и наш эрцгерцог!
Громко звучат фанфары. Слышны аплодисменты. Справа входит Дункан. Фанфары смолкают.
Леди Дункан. Сражение закончилось.
Макбет. Приветствую вас, ваше высочество.
Голова Банко. Мы приветствуем вас, ваше высочество!
Офицер. Мы приветствуем ваше высочество!
Макбет. Нижайший привет, ваше высочество.
Дункан. Победа за нами?
Макбет. Всякая опасность миновала.
Дункан. У меня на сердце камень. Кандор казнен? (Громче.) Кандор казнен?
Макбет. Нет, мой добрый монарх. Но он у нас в плену.
Дункан. Что же вы ждете, чтобы его прикончить?
Макбет. Вашего приказа, мой добрый монарх.
Дункан. Я отдаю его. Отрубите ему голову, и все дела. А как поступили вы с Гламисом? Вы повыдергали у него руки и ноги?
Макбет. Нет-нет, мой добрый монарх. Но он окружен. Его незамедлительно задержат. Бояться абсолютно нечего, ваша милость.
Дункан. Ну, раз так, поздравляю и благодарю.
Слышатся выкрики солдат: «Ура!» Толпа вторит им и тоже кричит «Ура!». Солдат не видно, разве что на экране.
Макбет. Мы счастливы и горды тем, что послужили вам, мой добрый государь.
Снова звучат фанфары, постепенно затихая настолько, что становятся лишь звуковым фоном.
Дункан. Спасибо, мои дорогие генералы. И прежде всего спасибо моим доблестным солдатам, честным людям из народа, спасителям отечества и моего трона. Многие из вас пожертвовали жизнью. Еще раз спасибо вам, мертвым и живым, всем, кто встал на защиту моего трона... который является также и вашим. Возвратившись домой, будь это скромная деревня, бедный семейный очаг или простые, но доблестные могилы, вы станете примером для нынешних и будущих поколений. Более того, для поколений минувших, с которыми вы станете вести беседу, век за веком, вслух или безгласно, навеки оставаясь примером, безымянным или нет, перед лицом истории, вечной и скоротечной. Ваше присутствие — ибо само ваше отсутствие станет присутствием для всех, кто посмотрит на ваш лубочный портрет, реальный или воссозданный по памяти,— ваше присутствие вернет на путь истинный всех тех, кто впредь мог бы испытывать соблазн с него сойти. Так продолжайте же, как и доселе, зарабатывать на хлеб насущный в поте лица, при жгучем солнце и непогоде, под надзором своих господ и начальников, которые любят вас, несмотря на ваши недостатки, сильнее, чем вы можете себе это вообразить. Ступайте.