— Удивительно,— в глазах Сталина, устремленных на дверь, вспыхнули злые желтоватые огоньки.

Тимофей Евлампиевич был немало удивлен, увидев Ежова: его в полном смысле слова нельзя было даже и назвать взрослым мужчиной. Скорее, это был подросток, уже успевший окунуться в бурную жизнь и уже повидавший виды. В глазах его, преданно устремленных на Сталина, светилось какое-то причудливое сочетание детской наивной открытости с затаенным сладострастием человека, способного на жестокость. Форма генерального комиссара государственной безопасности сидела на нем театрально-помпезно. Маленькое худощавое лицо со впалыми щеками и огромными оттопыренными ушами дополняло картину полного несообразия этой почти карикатурной человеческой фигуры с тем положением, которое он занимал в государстве.

«Карлик, настоящий карлик,— с брезгливостью подумал Тимофей Евлампиевич.— И как это Сталин не стесняется, когда Ежов идет рядом с ним? Или его радует, что на таком невзрачном фоне сам он кажется гигантом? А может, на этом посту и нужны такие карлики? Не может быть, чтобы и этот не страдал комплексом неполноценности».

— Товарищ Ежов,— как сквозь туман услышал он голос Сталина,— доколе вы будете испытывать наше терпение? Оно не безгранично.

— Товарищ Сталин,— Голос Ежова звучал по-женски визгливо, на лице, схожем с маской, отобразилось что-то вроде мольбы и умиления.— Как только мне сообщили о вашем вызове, я немедленно прибыл.

— Вы, товарищ Ежов, вероятно, всерьез рассчитываете на то, что мы создадим в стране еще один наркомат — наркомат по розыску наркомвнудела товарища Ежова? Не рассчитывайте, это очень дорого обойдется государству.— Злая ирония искрилась в глазах Сталина.— Если еще раз заставите нас вести подобные поиски — можете не являться, а приступать к сдаче дел другому наркому, который, не в пример вам, будет ценить доверие нашей партии.

— Простите, товарищ Сталин! — взмолился Ежов, ставший похожим на школьника, желающего разжалобить своего учителя.

— Садитесь и слушайте,— пробурчал Сталин, не придавая его просьбе ровно никакого значения.— Ваши сотрудники арестовали гражданку Казинскую Ларису Степановну, она же по мужу — Грач. Какие основания были у них для применения такой строгой меры?

Прежде чем ответить, Ежов удивленно и недоверчиво взглянул на Тимофея Евлампиевича.

— Вы не готовы доложить? — нетерпеливо спросил Сталин.— Может быть, вас подводит память?

— Нет, не подводит, товарищ Сталин,— Ежов начал отвечать бойко и уверенно,— Гражданка Казинская арестована по подозрению в подготовке к осуществлению террористического акта на Красной площади во время первомайской демонстрации.

— Это мы знаем и без вас,— перебил его Сталин,— Я спрашиваю, подтвердились ли эти подозрения?

— Так точно, товарищ Сталин! Она была вооружена револьвером системы «Наган» и, поравнявшись с правительственной трибуной, выхватила его из сумочки, намереваясь открыть стрельбу. Однако преступные замыслы террористки были сорваны благодаря высокой революционной бдительности чекистов. Ведется следствие, которое я держу под своим личным неусыпным контролем.

Сталин иронически взглянул на Ежова и постучал трубкой по краю хрустальной пепельницы, выбивая из нее остатки табака.

— А вы, товарищ Ежов, сможете выстрелить из револьвера системы «Наган», если в его барабане нет ни одного патрона?

— Есть основания подозревать, товарищ Сталин, что она, воспользовавшись суматохой, возникшей в колонне, выбросила патроны.

— Ну, предположим, хоть это и маловероятно,— покачал головой Сталин.— А какова дальность стрельбы револьвера системы «Наган»?

Ежов замялся и повел в стороны узкими покатыми плечами.

— Наркомвнудел не знает таких простейших вещей,— констатировал Сталин.— Так вот, револьвер системы «Наган» предназначен для поражения живых целей на расстоянии до ста метров. А на каком удалении от гражданки Казинской-Грач находилась в момент ее задержания правительственная трибуна?

Ежов заморгал глазами, пытаясь что-то прикинуть в уме.

— И этого вы не знаете,— жестко оценил его замешательство Сталин.— Как сугубо гражданский человек, вы, получив пост наркомвнудела и звание комиссара государственной безопасности, что равнозначно званию маршала, обязаны были овладеть хотя бы минимумом военных знаний. Придется отдать вас на выучку к товарищу Ворошилову, он каждый день стреляет в тире.

При упоминании имени Ворошилова Ежов зябко повел плечами: между двумя наркомами уже давно пробежала черная кошка. Нарком обороны не считал нужным быть с ним, нар— комвнуделом, на равных.

— Так вот, чтобы покончить с вопросом о револьвере системы «Наган», запомните. Этот револьвер изобретен бельгийским оружейником Наганом в тысяча восемьсот девяносто пятом году, иными словами, в год вашего, товарищ Ежов, рождения. Имеет семизарядный барабан. Основной недостаток — неудобство заряжания. Отсюда следует, что даже если у гражданки Казинской-Грач имелись револьверные патроны россыпью, то, чтобы произвести выстрел, ей нужно было на виду у всех вставить их в барабан. Думаю, что эта затея была бы неосуществимая. И если бы она имела намерение вести стрельбу, то снарядила бы барабан заранее. Таким образом, выходит, что ваши лихие чекисты выстрелили из пушки по воробью.