Хесс попросил подготовить ему данные о противоугонных системах машин "инфинити" и "БМВ", тех, что водили Лаэл Джилсон и Джанет Кейн. Через две минуты Лидия протянула ему восемь листов с текстом и пояснительными рисунками.

– Их очень просто достать, имея нашу базу, – сказала она.

– Колеску умел пользоваться компьютером?

– Конечно, ведь это входило в его обязанности, – ответила Лидия. Одарив Хесса недобрым взглядом, она быстро отвела глаза. – Думаю, вы очень паршиво поступили с Моросом. Заложили его соседям, и теперь они не дают ему спокойно жить. Он безобидный ягненок. Когда-то Колеску наделал глупостей, но сейчас он совсем изменился.

– Надеюсь, вы правы, – отозвался Хесс.

Он показал Прэту, Лидии и Гарри набросок с изображением Похитителя Сумочек и оставил все свои номера. На всякий случай Тим записал их домашние телефоны.

Хесс отправился в дирекцию Квейл-Крика, чтобы переговорить с начальником жилого комплекса. Арт Ледбеттер, полноватый мужчина средних лет, отозвался о Колеску как о примерном жильце. До сих пор соседи никогда не жаловались на него. Матаморос всегда платил за квартиру вовремя. Сам Арт не имел ничего против своего жильца, но начали поступать требования о его выселении, и ему пришлось подчиниться мнению большинства. Что сделаешь, когда толпа не унимается круглые сутки?

Хесс смотрел на макет комплекса, стоящий в кабинете Арта. Он заметил четкую симметрию, с которой располагались дома. Они как бы состояли из двух частей. Фасады выходили на разные улицы, но при этом их части соединялись одной стеной. Таким образом создавалась иллюзия уединенности.

– Не вел ли он себя странно? Вы не замечали ничего необычного возле его дома?

– Нет. Как я уже сказал, до недавней поры жалоб не поступало.

– Колеску часто выходил из квартиры? Возвращался среди ночи?

– Я иногда проезжаю по улицам около десяти вечера. Обычно он всегда был дома. Но у нас в гаражах поставлена автоматическая система. Можно очень тихо открыть дверь, сесть в машину и уехать, никого не побеспокоив шумом. И квартиры соединены с гаражом, поэтому даже не нужно открывать входную дверь и идти к автомобилю через улицу. Мы заботимся о неприкосновенности личной жизни наших жильцов.

В связи с нынешними событиями последняя фраза показалась Хессу довольно забавной.

– Вы знакомы со всеми съемщиками?

– Лишь с некоторыми, – ответил Ледбеттер. – Многих я даже никогда в глаза не видел. Вероятно, одни работают по ночам, а днем спят, и не плавают в общем бассейне. Другие постоянно летают по делам, и их дома месяцами пустуют. Главное, они исправно платят, а остальное меня не волнует.

– У Колеску бывают гости?

– Да, к нему приезжает мама. Иногда заходит одна пара.

Хесс попросил описать визитеров. Из слов Арта он понял, что это Хольц и Фонтана.

Тим начал рассматривать план комплекса, который дал ему Ледбеттер. Квартира Колеску ничем не отличалась от других квартир с двумя спальнями.

– А кто его сосед слева?

– Одна молодая леди, работающая по ночам.

– А кто живет за стенкой?

– Какая-то старушка: я ни разу ее не встречал. Человек-призрак.

– Вы никогда не видели возле дома Колеску серебристого фургона?

– Серебристый фургон? – Ледбеттер задумался. – Да, пару месяцев назад я действительно заметил, как он выезжал из Квейл-Крика. Возможно, водитель попал сюда случайно, просто заплутал. Не знаю, с какого именно двора он выруливал.

Хесс записал слова Арта в блокнот. Затем дал ему свою визитку и поблагодарил за помощь.

– Не оставите ли мне свой домашний номер? – спросил Тим.

– Пожалуйста, без проблем.

Тим отправился к соседям Колеску, но в шести домах, которые он обошел, никого не было. Он постучался еще в три двери, но там о Колеску не сказали ничего нового. Только хотели, чтобы он поскорее убрался отсюда.

Хесс нашел в телефонном справочнике адрес ближайшего магазина париков "Лайфстайлер", который располагался недалеко от дома Колеску, рядом с редакцией местной газеты и больницей.

На пороге Тима встретила юная китаянка, а женщина постарше, похоже, ее мать, дружелюбно посмотрела на него из-за прилавка. Все стены помещения занимали длинные полки с круглыми белыми искусственными головами, на которые надевались парики всех стилей и цветов.

Хессу показалось, будто на него уставились тысячи безликих женщин. К тому же его самочувствие немного ухудшилось, и от головокружения создавалось впечатление, что стены выгибаются, а страшные головы придвигаются к Тиму, чтобы рассмотреть его поближе.